Четверг, 18.10.2018, 09:23
Приветствую Вас Гость | RSS
javascript://
Меню сайта
Категории раздела
Из прошлого [87]
Культура [35]
Известные люди [63]
Поэзия [71]
Художники [14]
Проза нолинчан [28]
Публицистика [14]
Песни нолинчан [7]
Годы революции и гражданской войны [8]
Новые материалы
Нелли Неженцева: "Была мне Музой моя мама - А. Анфилатов"
Дата: 08.10.2018

Зеленин Д.К. Народные присловья и анекдоты о русских жителях Вятской губернии
Дата: 04.10.2018

Тайна одной фотографии
Дата: 03.09.2018

История фабрики "Пятиугольник"
Дата: 08.08.2018

Второй после Сталина
Дата: 05.08.2018

Н.Неженцева о нолинском поэте А.Анфилатове
Дата: 04.08.2018

Из истории Ботылей и Вятского края
Дата: 29.07.2018

Соседи
Муниципальное образование Нолинский район Кировской области
НКО Фонд
Сельская новь
Нолинский краеведческий музей
Нолинская централизованная библиотечная система
Интересные сайты
Николай Левашов «О Сущности, Разуме и многом другом...» РуАН – Русское Агентство Новостей Новости Русского Мира Новости «Три тройки»
Поиск
Статистика
Главная » Статьи » Годы революции и гражданской войны

Николай Романов. Борьба за власть.
Главы 2 - 3.


Глава II
Борьба за хлеб

1
Весной 1918 года во многих губерниях европейской части России сложилась кризисная ситуация с хлебом. К тому времени разрушились экономические связи между городом и деревней. Кулаки и зажиточные крестьяне, выступающие против Советской власти, - основные владельцы хлеба, перестали продавать его государству.

В такой же ситуации оказалась и Вятская губерния. В уездах стала возрастать нервозность населения, предрасположенность к голодным бунтам и вспышкам насилия. Чтобы как-то повлиять на сложившуюся обстановку в обеспечении хлебом городов и беднейшего населения губернии, 20 апреля 1918 года II Вятский губернский съезд Советов установил твердые цены и нормы на хлеб и другие продовольственные товары. При изъятии хлеба от населения из имеющихся запасов до 30 пудов (1 пуд = 16 кг - прим. автора) введена норма потребления:

-  на одного человека -1 пуд 10 фунтов (1 фунт = 409 гр - прим. автора) в месяц до нового урожая;
-  норма для рабочей лошади - 5 пудов зерна в месяц;
-  при кормлении крупного рогатого скота соломой - по 4 фунта зерна в день до выпаса в поле (при кормлении скота сеном зерно не полагалось).

У крестьян, имеющих запас сена менее 30 пудов, хлеб отбирался по цене 5 рублей за пуд, свыше 30 и до 80 - по 8 рублей за пуд, свыше 80-15 рублей за пуд. Для лиц, обнаруживших хлеб и сообщивших властям, устанавливалось вознаграждение - 2 рубля за каждый пуд. А если они не имели собственного запаса, им вы¬давался хлеб и для себя, и для скота по нормам до нового урожая. Лица, скрывающие хлеб, обкладывались штрафом до трех тысяч рублей.

Поступающий хлеб распределялся следующим образом: сначала обеспечивалось хлебом бедное население, затем уезд и губерния. Нормы и твердые цены на хлеб устанавливались до 14 сентября 1918 года1.

В период надвигающегося на страну голода Совет Народных Комиссаров в начале мая 1918 года ввел продовольственную диктатуру в России. При этом на¬родный комиссариат продовольствия получил "чрезвычайные полномочия по борьбе с деревенской буржуазией, укрывающей хлебные запасы и спекулирую¬щей ими". Крестьянам категорически запрещалась частная торговля хлебом и устанавливалась обязатель¬ная сдача его государству по твердым ценам.

Обесценивание рубля, нежелание крестьян продавать хлеб по твердым ценам за бумажки привели к тому, что процесс обмена между городом и деревней стал превращаться в натуральный. В стране был принят особый способ государственного регулирования рыночных отношений в условиях хлебной монополии, развала финансовой системы и разрухи в промышленности. В связи с этим наметился переход к новой форме взаимоотношений с деревней - товарообмену, который фактически являлся насильственным изъятием у крестьян всего имеющегося хлеба.


2
Большинство крестьян в Нолинском уезде болезненно восприняли постановление II Вятского губернского съезда Советов, установившего твердые цены и нормы на хлеб. К тому же весной 1918 года в стране была принята продовольственная диктатура. После этих жестких мер крестьяне перестали продавать хлеб за бесценок. В связи с этим в Нолинском уезде срывалось задание губисполкома по поставке хлеба голодающему населению Петрограда и Москвы. В этой обстановке уездный совет по снабжению 28 мая направил распоряжение в волостные Советы:

".. .Уездный Совет снабжения вменяет всем волостным и деревенским комитетам в обязанность строгой ответственности перед революционным судом за судьбу стоящей на краю гибели Российской республики, изнемогающей от голода, благодаря невывозу из хозяйств излишков хлеба, имеющегося у граждан в кладях, и отобрать все излишки хлеба, ссыпая их в свои волостные пункты".

"Хлебными" волостями в уезде считались Зыковская, Большеситьминская, Буйская, Луксунская, где крестьяне, начиная с конца XIX века, научились выращивать хороший урожай зерновых культур - больше, чем в других волостях. В этих волостях у зажиточных крестьян к весне 1918 года имелось по 10-15 необмолоченных кладей с хлебом. Часть крестьян под давлением местной власти все же приступила к его обмолоту. На это их подталкивало еще и то, что к весне в кладях разводилось множество мышей, которые проникали и в жилые избы и надворные постройки.


В начале июня 1918 года уездный комиссар продовольствия А.А. Корюгин выехал с отрядом2  из 8 красноармейцев в Зыковскую волость - с мануфактурой, солью и табаком для обмена на хлеб3. Отряд из Нолинска направился в волость кратчайшим путем - через деревни Рябиновщина, Котельники, М. Блиновщина, Караваево, Коротаево, Копосята. И, проехав около 20 верст, ранним утром отряд остановился у волостного Совета в деревне Липино. В это время на площади перед двухэтажным зданием волисполкома собралось около 200 человек. Продкомиссар предложил крестьянам товар, лежащий на телегах, в обмен на зерно. С самого начала у А.А. Корюгина разговор с крестьянами не получился. Вскоре из толпы стали раздаваться крики: "Хлеба мы не дадим!", "Пусть сдыхают в городах с голода!". Затем крестьяне, размахивая кулаками,стали наступать на Корюгина и красноармейцев и без особого труда всех арестовали и поместили под охрану в надворные постройки одного из хозяйств в д. Липино. Через двое суток жители выдворили продкомиссара с красноармейцами за пределы деревни.

В середине июня уисполком вновь направил А.А. Корюгина в Зыковскую волость, чтобы вывезти хлеб, заготовленный местной властью при участии комитетов бедноты. Кстати, в уезде комитеты бедноты в основном бездействовали, они были по-настоящему активны тогда, когда в их поселение приезжал тот или иной вооруженный продовольственный отряд. К приезду продкомиссара А.А. Корюгина в Зыково у волостного Совета собрались крестьяне из семи близлежащих деревень, расположенных в основном по берегам реки Сургут. И, как прежде, крестьяне разоружили отряд, состоящий из рабочих-сапожников Нолинска, а некоторых крестьяне арестовали и посадили в арестантское помещение в здании волисполкома.

На выручку А.А. Корюгину из Нолинска выехал военком А.Д. Вихарев с вооруженным отрядом численностью 45 человек, среди которых находились 17 пленных интернационалистов-австрийцев4.

Среди пленных выделялся немец Франц Францевич Янкель. Родился он в Германии в 1886 году, в крестьянской семье. На 21 году жизни был взят на военную службу. Участвовал в I Мировой войне. В 1915 году попал в плен. Был направлен в Вятку, затем в числе 150 военнопленных определен в Нолинский уезд. Всех военнопленных уездная управа распределелила работниками по семьям, в которых мужчины находились на фронтах I Мировой войны. Янкель был направлен в деревню Сорвищи Буйской волости, где проработал батраком в одной семье 3 года. В начале 1918 года уездным военкоматом переведен в деревню Пуга Путинской волости к гражданке А.П. Буровой - работником. Вскоре он на ней женился. Вместе супруги прожили пять месяцев. В конце мая Янкель вступил в ряды Красной Гвардии, служил пулеметчиком в составе сформированного из военнопленных-интернационалистов отряда при уездном военкомате. Тогда же вступил в партию большевиков ВКП (б).

Подъехав к небольшой деревне Копосята, отряд остановился. А.Д. Вихарев в бинокль увидел людей, идущих с разных сторон в село Зыково. Это встревожило военкома. По его команде красноармейцы быстро спустились вниз по крутому склону к реке Лудяне и, пройдя по старому деревянному мосту, двинулись в село. На окраине отряд встретили восставшие крестьяне, они пытались остановить красноармейцев. Те в ответ были намерены открыть огонь, но А.Д. Вихарев запретил стрелять в безоружных людей, среди которых были и женщины. После этого крестьяне повели себя мирно, постепенно стали расходиться по деревням, чувствуя силу отряда и миролюбивое отношение к ним со стороны военкома. Освободив А.А. Корюгина и рабочих-сапожников из-под ареста, отряд в тот же день благополучно вернулся в Нолинск.


3
23 июня 1918 года на заседании Нолинского исполнительного комитета был заслушан доклад комиссара но продовольствию А.А. Корюгина "О заготовке хлеба в волостях уезда и отправке его в Петроград". "Хлеб есть у крестьян, - говорил Корюгин, - но чтобы взять его, надо силой преодолеть их сопротивление".

Как видим, изъятие хлеба у крестьян шло трудно. Они не хотели отдавать за бесценок хлеб, выращенный ими с потом и кровью. К тому же в уисполкоме находились служащие с эсеровскими взглядами, которые всячески тормозили заготовку хлеба в уезде. В этой непростой обстановке уисполком принял резолюцию, в которой обязал полостные Советы, несмотря на сопротивление крестьян, продолжать заготовку хлеба в деревнях и селах уезда.

Особую надежду уисполком возлагал на продкомиссара А.А. Корюгина, который 24 июля 1918 года с вооруженным отрядом из 40 красноармейцев выехал в Зыковскую, а затем Буйскую и Луксунскую волости.,На 12 подводах они везли крупную партию товара, пользующегося спросом у населения: манфактуру, серпы, косы-литовки, сахарную помадку, табак и другое -в обмен на зерно. Ранним утром прибыв в Зыковскую волость, А.А. Корюгин дал указание председателю волисполкома Усцову организовать сельский сход граждан и пригласить на него по одному человеку из каждого починка, деревни, а также руководителей комитетов бедноты из Зыковской, Буйской, Большеситьминской волостей. На второй день, вечером 25 июля, перед зданием волостного Совета собралось много людей.О дальнейших событиях узнаем из воспоминаний их участника Н.Н. Шибанова из деревни Москва Зыковской волости: "В Лудяну Экономическую Буйской волости приехал верхом на лошади гонец из Зыкова и стал приглашать народ в Зыково на сход. И всем говорил, что там, якобы, должен произойти бунт. Из Лудяны в Зыково люди не пошли, а пошли из деревень Зыковской волости: Вьюнка, Лагун, Кондренок, Шлепят и Москвы. Я пришел в Липино и вижу: на скоро сколоченном помосте говорит человек о хлебе. Народ шумит. Возле Корюгина стоят два красноармейца с винтовками. Вдруг к ним подходит мужик крепкого телосложения из деревни Липино и, неожиданно схватив руками винтовки, говорит: "Отпускайте его, а то обоих захвостну". Красноармейцы тотчас ушли от Корюгина. Тогда толпа кинулась на него, сшибла с ног и стала избивать. Я кинулся в толпу на защиту и отнял его у крестьян, мы направились дальше от народа в сторону Зыкова. Разгневанные крестьяне догнали нас, но бить Корюгина не стали".

В продолжение рассказа Н.Н. Шибанова о том, какие события происходили дальше в Зыковской волости, узнаем из воспоминаний продкомиссара А.А. Корюгина: "После сделанного мной доклада на собравшемся сходе вместо того, чтобы сдать излишки хлеба профорга-нам для снабжения рабочего класса и Красной Гвардии, зыковское кулачество пробовало задержать погруженный хлеб из магазеи в количестве 12 подвод. Под руководством земских деятелей и офицеров старой армии они нагло лгали, что у них хлеба нет. Только в одном селе Швариха у отдельных зажиточных крестьян было запасов хлеба по 300 пудов. Организацией комитетов бедноты  Зыковский волисполком под руководством Кощеева и Усцова не занимался. Указания упродкома по заготовке хлеба волисполком не выполнял, что было на руку зажиточным крестьянам.

Находясь в Зыковском волисполкоме, вооруженный о гряд численностью 40 человек из-за слабой дисциплины и неумелого руководства командира попал в сложную ситуацию. Во время перерыва я находился в верхнем этаже здания волисполкома (ныне здесь располагается школа - прим. автора). Офицеры и кулаки Зыковской волости выбрали удобный момент и сразу значительную часть отряда, находящуюся в нижнем этаже здания волисполкома, разоружили, вынудили бежать. Мои попытки задержать бегущих и восстановить дисциплину в отряде были безуспешны.

Меня, как члена уисполкома и продкомиссара, а также других активных сотрудников-сапожников и красноармейцев избили и посадили в арестантское помещение при Зыковском волисполкоме. Затем хотели глаза выколоть и провести по тем деревням, где намечалось изъятие излишков хлеба по плану для революционного пролетариата Москвы и Петрограда. Они решили не убивать меня на территории своей волости и отправили с двумя вооруженными конвоирами из числа повстанцев за ее пределы. Кроме того, нас сопровождали несколько верховых, бывших шорников из деревни Малково. У них была цель - убить меня. Избавиться от них удалось лишь в деревне Шуран - при помощи Кочергиных и прибывших навстречу варнаковцев"5 .

25 июля 1918 года уисполком на экстренном заседании рассмотрел вопросы, связанные с заготовкой хлеба в уезде и арестом продкомиссара А.А. Корюгина в Зыкове. О событиях в Зыковской волости рассказал член исполкома, инструктор продовольственного отдела Вахонин. После обсуждения злободневных вопросов была принята резолюция:

"Заслушано в экстренном порядке заявление инструктора продовольственного отдела товарища Вахо-нина о том, что командированная в Зыковскую, Боль-шеситьминскую, Буйскую и Александровскую волости для реквизиции хлеба Красная Армия (отряд красноармейцев) во главе с комиссаром продовольствия товарищем Корюгиным была обезоружена жителями Зыковской и Большеситьминской волостей у здания Зыковского исполнительного комитета. Красноармейцы разбежались, часть из них побита. Комиссар Корюгин, имеющий при себе крупную сумму денег и товар для обмена на хлеб, арестован, и нельзя поручиться за жизнь, ограбление Корюгина и расхищение товара. Об изложенном докладчиком телеграфировано в город Вятку. Постановлено: теперь же командировать на место инцидента всю имеющуюся в городе Нолинске реальную силу. Кроме того, затребовать в помощь этой реальной силе из Турека находящийся там отряд красноармейцев.
Председатель В. Марков,
Секретарь Лопатин"6 .


Не дождавшись, когда прибудет отряд из Уржумского уезда под командованием К. Жидялиса, уисполком для усмирения крестьян и освобождения А.А. Корюгина из-под ареста направил в Зыковскую волость военного комиссара Нолинского уезда А.Д. Вихарева. Ближе к полуночи 27 июля А.Д. Вихарев с 30 вооруженными красноармейцами выехал в село Зыково. Имеете с отрядом выехали: помощник военкома А.Т. Мурин, члены уездного исполкома - большевики В. Рудин, И. Калугин, Родыгин, Копылов, В. Бушмелев. Утром второго дня отряд прибыл в Зыковский волисполком, в деревню Липино. Председатель Усцов доложил А.Д. Вихареву, что А.А. Корюгин находится в безопасности у себя на родине, в деревне Белые Варнаки Луксунской волости.

Находясь в волостном Совете, А.Д. Вихарев выделил несколько вооруженных красноармейцев с подводами, которые вместе с местными депутатами срочно выехали по деревням волости для выявления зачинщиков бунта. После этого А.Д. Вихарев с частью своего отряда отправился в Зыково к магазее7, где хранилось изъятое у крестьян зерно и часть привезенного Корюгиным товара. Только начали грузить зерно из магазеи на подводы, как у села появилась толпа около ста человек. Пришли люди из деревень, расположенных по берегам реки Кишка: Полома, Брюханов, Мороново, Козино и других, а также из деревни Б. Убиенная. В толпе были крестьяне из деревень бывшего Лудяна-Ясашинского сельского общества. Люди как по команде стали приближаться к магазее. У некоторых из них было огнестрельное оружие. Чтобы остановить наступающую  толпу по при¬казу военкома красноармейцы дали залп из винтовок в воздух. Услышав выстрелы, крестьяне стали разбегаться в разные стороны. Но несколько человек с криками "Хлеба не дадим! Убирайтесь отсюда!" продолжали бежать к магазее, где и были арестованы А.Д. Вихаревым.

Не прошло и двух часов, как недалеко от Троицкой церкви образовалась толпа, значительно больше прежней. Люди оживились и двинулись в сторону магазеи. Из толпы послышались выстрелы из винтовок (их привезли солдаты, вернувшиеся с фронтов I Мировой войны) и охотничьих ружей. Крестьяне беспорядочно стреляли в сторону красноармейцев. Завязалась небольшая перестрелка, в которой один крестьянин Зыковской волости был убит, остальные стали отступать от магазеи, бросая оружие в овсяное поле у села. Задержанных крестьян А.Д. Вихарев выстроил во дворе волостного Совета и, показав на убитого односельчанина, сказал: "Такая участь могла ожидать каждого из вас". Вскоре он отпустил задержанных, кроме зачинщиков бунта.

После отъезда А.Д. Вихарева из Зыковской волости волнения крестьян в деревнях продолжались.


4
Нолинский уездный исполнительный комитет, не¬смотря на некоторые неудачи с заготовкой хлеба в Зыковской, Луксунской, а также в волостях, расположенных в сунской и немской сторонах, продолжал наступление на зажиточных крестьян.

В конце июля 1918 года с отрядом красноармейцев для изъятия хлеба у крестьян в Большеситьминскую волость Был направлен Захар Дмитриевич Ковин, уроженец деревни Камень одноименной волости, работающий заведующим уездным земельным отделом. Многие жители полости уже знали о волнениях крестьян в Зыковской и Луксунской волостях, связанных с изъятием хлеба. Кроме того, жители села Ситьма каким-то образом узнали о приезде З.Д. Ковина с продотрядом с целью изъятия излишек хлеба у крестьян и отправки его в распоряжение Вятского губисполкома. Возмущенные жители встретили продотряд в окрестностях села: перегородили дорогу. Несколько человек остановили головную лошадь, впряженную в телегу, на которой находился З.Д. Ковин, и стали громко призывать односельчан: "Бейте его до смерти! Он едет грабить свою волость!". Среди разбушевавшихся людей находились и те, которые раньше учились с З.Д. Ковиным в Ситьминской школе. Они решительно встали на защиту одноклассника.

В сопровождении многочисленных жителей села и близлежащих деревень З.Д. Ковин приехал в Ситьму - центр Большеситьминской волости. В беседе с председателем волостного Совета М.С. Козионовым он предложил на второй день собрать депутатов и провести заседание исполкома с повесткой дня "О заготовке хлеба в Большеситьминской волости". В назначенное время, ближе к вечеру, к зданию волостного Совета, кроме депутатов, пришли десятки зажиточных крестьян, середняков и бедняков.

"Я сделал доклад, - вспоминает З.Д. Ковин, - о трудностях в стране с хлебом, о положении на фронтах, о хлебной монополии. Во время выступления слышались угрозы в мой адрес. Постепенно на площади становилось все шумней. Толпа загудела, как улей пчел. Я не выдержал, ушел в здание волостного Совета. Выглянув в окно, увидел, что часть крестьян стала уходить от кулаков в сторону. Долго не раздумывая, вышел к ним и поставил на голосование вопрос о сдаче хлеба: "Кто за хлебную монополию, становитесь от меня вправо, кто против - налево". После нескольких выступлений все больше людей переходили на правую сторону двора. Тогда я предложил принять короткую резолюцию: "Декрет о хлебной монополии одобрить. Крестьянам немедленно приступить к сдаче всех излишков хлеба государству". Резолюция была принята с небольшим перевесом голосов.

З.Д. Ковин с красноармейцами при помощи беднейшего населения волости с большим трудом организовали обмолот хлебных кладей в хозяйствах зажиточных крестьян и середняков. Излишки зерна были изъяты и вывезены в село Ситьма - на государственный пункт ссыпки зерна.


5
В начале августа 1918 года для усмирения крестьян в Зыковской, Болынеситьминской, Буйской, Луксунской волостях председатель Нолинского уисполкома В. Марков вызвал из Турека Уржумского уезда продовольственный летучий латышский отряд под командованием К. Жидялиса.

Вначале отряд отправили в неспокойную Зыковскую волость. В отряде находилось 50 человек красмоармейцев, вооруженных винтовками и двумя пулеметами системы "Максим". К этому времени отряд уже накопил опыт борьбы с контрреволюционными силами.

О событиях того времени рассказывает жительница села Зыково, пожелавшая остаться неизвестной: "Перед въездом в Зыково тогда было не озеро, как сейчас, а огромное болото под названием Соленое. Со всех сторон оно было огорожено жердями, чтобы коровы в него не лезли. Уж очень им нравилась болотная вода и трава. Со временем вокруг болота вырыли несколько канав, и сейчас оно походит на небольшое озеро. Моей маме было тогда 10 лет, и она в этот день собирала с подружками ягоды. Их здесь всегда было видимо-невидимо. Жители всей округи приходили на Соленое за голубикой... И тут девчонки услышали выстрелы и увидели бегущих с оружием мужиков. Перепугались они тогда не на шутку. Сначала селянам показалось, что всех мужиков перестреляли. Но мужчины, прошедшие фронтовую выучку, прямо под латышские пули не пошли, а вперебежку подбирались к зданию магазеи. Противостоять пулеметам они не могли, и перестрелка закончилась.

Для устрашения местных жителей каратели установили пулемет на колокольне храма и начали стрелять поверх крыш домов. Многие жители перепугались, собрав наскоро узлы, хотели бежать и прятаться в лесу. Но новой власти такой конфликт был не нужен. И латыши, вступив в переговоры с местными жителями, договорились о добровольной сдаче хлеба.

Деду моей знакомой, как уважаемому в селе человеку, пришлось улаживать конфликт с советской властью. И хочешь - не хочешь, а пришлось встретить с угощением в своем доме непрошенных гостей26.

За короткое время пребывания в Зыковской, Буйской, Болынеситьминской волостях отряд К. Жидялиса арестовал 16 человек. Подозреваемых в саботаже и организации бунтов. Один человек был расстрелян. Арестованных крестьян поместили в тюрьму в Нолинске, где держали до 16 августа 1918 года. Затем всех отпустили и отправили по месту жительства.

Находясь в волостях Нолинского уезда, продотряд К. Жидялиса своими мерами устрашения больше нанес вреда, чем пользы. Командир отряда К. Жидялис избивал тех, кто не платил налог, кулаком по голове и плетьми до потери сознания. Ставил к стенке и угрожал расстрелом, стреляя в воздух. Губернские советские и партийные руководители давали о нем самые положительные отзывы, оценивая его как "энергичного и безусловно честного истинного сына советской республики". Злоупотребления К. Жидялиса в наложении революционного налога на беднейшее население уезда были рассмотрены в уисполкоме на вечернем заседании 18 августа 1918 года, где и была принята резолюция в следующей редакции:

"Уездный исполнительный комитет, обсудив вопрос о наложении контрибуций командиром Латышского коммунистического отряда Жидялисом на волости Зыковскую, Большеситьминскую, Чертищевскую, Буйскую, Татауровскую, которая по дошедшим слухам налагалась неправильно, так как в числе других облагалось беднейшее население,

 ПОСТАНОВИЛ:
Немедленно оповестить волостные исполнительные комитеты, граждан поименных выше волостей, что со стороны уездного исполнительного комитета в самом непродолжительном времени будут приняты меры к проверке расположений по наложению контрибуций командиром сказанного отряда путем организации особой следственной комиссии для расследования. Если будет установлено, что контрибуция налагалась неправильно (и на бедных), то им будет все полностью возвращено".

***
Крестьянский бунт в Зыковской волости возник в июле-августе 1918 года в результате изъятия хлеба у крестьян по твердым, заниженным ценам и обложения бедных крестьян революционным налогом. По размаху и времени прохождения этот бунт был в числе трех крупных выступлений крестьян на территории Нолинского уезда. По некоторым данным, в мятежах, в общей сложности, участвовали 700 и более человек.

Первый бунт проходил в 1675-1676 гг. в Сунской и Кырчанской волостях и был вызван нежеланием крестьян жить за Вятским Успенским Трифоновым монастырем. Второе крупное выступление крестьян произошло в Талоключинской, Осиновской, Горбуновской волостях в 1842 году. Оно было связано с принуждением крестьян заниматься посадкой картофеля на общественных запашках и землях волостных управ.


Глава III
Московский военно-продовольственный полк и его действия на юге Вятской губернии

1
В начале июня 1918 года в Малмыжском уезде после разгона крестьянами военно-продовольственного отряда и убийства представителя закупочной комиссии губернского Совета снабжения создалась напряженная обстановка.

В связи с этим, по решению председателя Вятского губернского Совета Наумова, для наведения порядка и ускорения заготовки хлеба 12 июня в Малмыжский уезд под руководством члена губисполкома Карпова был направлен военно-продовольственный отряд в количестве 400 человек в сопровождении инструктора народной комиссарии продовольствия Глобы. Вместе с ним на пароходе находился второй отряд, сформированный из ста рабочих разных предприятий города Вятки, имевший на вооружении, кроме винтовок, три пулемета. Отряд сопровождали заместитель председателя городского Совета снабжения и инструктор народного комиссариата снабжения Мацели.

В Малмыже из первого отряда по просьбе Вятско-Полянского комитета продовольствия было выделено 100 красноармейцев в помощь местным малочислен¬ным группам.

Перед красноармейцами Карпов поставил задачи: заниматься изъятием излишков хлеба у кулаков и зажиточных крестьян, применять военную силу только и исключительных случаях, установить жесточайший контроль за вывозом хлеба мешочниками и спекулянтами на железнодорожной станции и водной пристани в Вятских Полянах. Для выполнения поставленных задач отряд имел на вооружении, кроме винтовок, только 6 пулеметов, чего было крайне не достаточно Учитывая это, губернский Совет продовольствия для укрепления боеспособности отряда дополнительно выделил 3 пулемета, смазочные материалы для оружия, несколько конских повозок с лошадьми. Кроме того, в связи с перебоями в обеспечении продуктами питания, властям Малмыжского уезда было дано распоряжение - снабжать отряд продовольствием по общегосударственным нормам.

23 июня 1918 года военно-продовольственный отряд численностью около 400 красноармейцев под командованием Карпова, разделившись на два почти равных отряда, приступил к заготовке хлеба. Один отряд двигался вдоль Казанского тракта, другой шел из Вятских Полян по восточной части Малмыжского уезда. Оба отряда продвигались в направлении села Кильмезь.

Нахождение военно-продовольственных отрядов в южных уездах Вятской губернии в значительной степени повлияло на увеличение объемов заготовки про¬довольствия и этим оказало большую помощь местным продовольственным отрядам в изъятии излишков хлеба у местного населения.


2
Летом 1918 года продразверстка в "хлебных" Уржумском и Малмыжском уездах шла с большим напряжением. Два военно-продовольственных и более десятка местных отрядов едва справлялись с доведенным заданием народного комиссариата продовольствия России по заготовке продовольствия.

По просьбе Вятского губисполкома в целях увеличения темпов заготовки хлеба 25 июня в Вятку прибыл Первый Московский военно-продовольственный полк продовольственно-реквизационной армии народного комиссариата с особым целевым назначением: организация комитетов бедноты и оказание помощи местным властям в проведении продразверстки.

В начале Вятский губпродком планировал отправить Первый Московский полк в город Сарапул, в распоряжение члена коллегии губпродкома Н.Г. Распопова. Но ввиду скорого прибытия в губернию отряда численностью более 900 человек, который был направлен в Сарапул, Московский полк отправился в Уржумский уезд. Полком командовал штабс-капитан царской армии, георгиевский кавалер, правый эсер Анатолий Ананьевич Степанов, дворянин по происхождению. Его родители владели двухэтажным особняком в Тамбовской губернии. "

А. Степанов был недоволен, как и многие военные офицеры, поражением России в войне. Отречение царя от престола принял как лучший исход для спасения Родины. Приход Керенского к власти он молчаливо одобрил. Но начались новые события... Вспыхнул Корниловский мятеж среди моряков, в числе брошенных на подавление мятежа оказался и Степанов. Под Нарвой его ранили, и он попал в лазарет. В лазарете встретил революцию. Новая власть крепчала и с каждым днем становилась прочнее. После лечения Степанов перешел на сторону Советской власти" . В начале июня I 1918 года А. А. Степанова назначили командиром сформированного военно-продовольственного полка.

Московский полк в своем составе имел 605 человек офицеров, моряков, солдат и небольшой отряд кавалерии из 40 всадников. На вооружении полка, кроме винтовок, было 16 пулеметов "Максим" и одно артиллерийское орудие. Штаб полка состоял, в основном, из нывших офицеров во главе с Натановым и комиссаром-большевиком А.С. Хомаком8. Прибыв в Уржум, штаб полка расположился в центре города, в большом купеческом доме на перекрестке улиц Вознесенской и ( пасекой. Силы полка были рассредоточены по территориям: штаб полка с главным отрядом остался в Уржуме, второй отряд во главе с командиром Алейниковым направился в село Коврижное, вновь сформированная рота расположилась в Русском Туреке, а не¬сколько небольших отрядов были распределены по другим волостям. Таким образом, полк охватил значительную часть территории Уржумского уезда.

Первое время отряды полка успешно занимались заготовкой хлеба. Но прошло некоторое время, как А. А. Степанов с офицерами штаба стал заниматься организацией "своей власти".

В то время в Уржумском уезде крупной силой было купечество. Эсеров там насчитывалось более 400, а большевиков - не более 10 человек. Значительная часть эсеров была на стороне А.А. Степанова.

Руководство полка, проводя свою политику, постоянно конфликтовало с местными продотрядами. Уржумский уисполком с большим трудом усаживал их за стол переговоров. Они были против прибытия вооруженного полка из Москвы с целью изъятия хлеба. В уисполкоме считали целесообразнее организовать в такие отряды местное беднейшее население. Московский полк, находившийся в прямом подчинении народного комиссариата продовольствия России, был в более привилегированном положении, чем другие военно-продовольственные отряды в Вятской губернии. В июле 1918 года руководство полка получило из центра солидное материально-техническое подкрепление. Из Петрограда было получено 500 верст телефонного провода, 15 телефонных аппаратов, 500 комплектов обмундирования, 200 комплектов постельного белья и один миллион рублей.

Заметные изменения в планах руководства полка произошли после конфликта с Токай-Белякским коллективом бедноты в Уржумском уезде. Организован¬ной группой крестьян, в то время он был единствен¬ной надеждой, на которую опиралась Советская власть в уезде. По распоряжению Уржумского военного комиссариата, коллектив имел собственное оружие - несколько десятков винтовок с патронами. Токай-Белякский коллектив принимал активное участие в изъятии излишек хлеба у зажиточных крестьян, а также закупке хлеба по установленным твердым ценам. Неожиданно нарушилась спокойная жизнь коллектива: возник конфликт с руководством полка.

В начале второй декады июля один из отрядов Московского продовольственного полка, разъезжая по территории Черемиско-Турской волости, заехал в селение Токай-Белякского коллектива в то время, когда все мужчины работали в поле, а в домах остались только старики, женщины да малые дети. Командир Алейников для устрашения жителей выставил вдоль деревни пулеметы. В то же время солдаты занялись грабежами (забирали из домов мануфактуру, одежду, деньги). Мужчины, вернувшись с работы домой, возмутились и тотчас, вооружившись винтовками, на лошадях пустились вдогонку за отрядом. Обнаружили его на отдыхе у села Черемисский Турек. Крестьяне окружили село и в перестрелке ранили командира Алейникова, а затем схватили, убили и закопали в овраге, недалеко от деревни Черемисский Шолнер.

13 июля 1918 года в Уржумский уездный комиссариат явились несколько крестьян от Токай-Белякского коллектива. Крестьяне заявили руководству комисса¬риата о нападении на село и грабежах вооруженного отряда, когда местные мужчины работали в поле. Военный комиссар Уржумского уезда Одинцов об этом инциденте сообщил командиру полка А.А. Степанову на что последний никак не отреагировал. Штаб полка стремился использовать созданный им же конфликт в своих целях, ссылаясь на местную власть, что якобы та не хочет отдавать хлеб и даже нападает на красноармейцев. В то время в полку отсутствовала какая-либо организационно-партийная работа с офицерами и рядовым составом. Также оторванность от Петрограда и Вятки создали условия, при которых руководство пол¬ка смело могло выступать против Советской власти.

14 июля 1918 года комиссар А.С. Хомак издал при¬каз, в котором говорилось: "За последние дни в пределах Уржумского уезда произошли чрезвычайные события. Банды темных сил сорганизовались в громадную толпу и, вооружившись винтовками, револьверами и пулеметами, напали на отряд Первого Московского военного продовольственного полка, добывающего хлеб для голодных граждан Российской республики, и зверско замучили комиссара отряда Алейникова. В связи с произошедшими событиями, центр признал необходимым назначить единоличную военную диктатуру в пределах местностей, производящих хлеб. Диктатура возложена на политического комиссара Первого Московского продовольственного полка т. А.С Хомака.

Объявляю, что 15 июля с.п вступаю в исполнение возложенных на меня обязанностей военного диктатора. Заявляю, что всякое контрреволюционное выступление, с какой бы стороны оно не исходило, будет подавлено самым беспощадным образом - силой оружия.

Призываю всех граждан не оставлять свои работы, заниматься повседневным трудом, не придавая никакого значения провокационным слухам, так как обо всем граждане будут мною своевременно извещаться"9.

Вечером 14 июля А.С. Хомак разговаривал по прямому проводу с наркомом продовольствия Цурюпой.Никаких указаний из Петрограда ему не было. Политкомиссар сам издал приказ о своем назначении.

Командир полка А.А. Степанов и офицеры штаба повели себя более уверенно после того, как стала возникать угроза вторжения частей чехословацкого корпуса в южные уезды Вятской губернии. В ночь на 14 июля 1918 года в Уржуме А.А. Степанов с группой солдат разоружил охрану и взял под контроль военкомат, затем захватил склад с оружием и установил контроль за почтой и телеграфом. На многих перекрестках улиц были установлены пулеметы. По улицам города патрулировали конные наряды. В этой обстановке по личной инициативе вышли из состава Уржумского уисполкома левые эсеры, составляющие большинство его членов. В итоге исполнительный комитет прекратил работу.

Губернский чрезвычайный штаб, видя угрозу захвата заготовленного хлеба на юге губернии Московским продовольственным полком, принял меры для вывоза хлеба из Уржумского и Малмыжского уездов на станцию Котельнич.

В то же время А.С. Хомак проинформировал народный комиссариат продовольствия в Петрограде о вмешательстве в работу полка чрезвычайного штаба Вятского губисполкома, который якобы создает трудности в снабжении хлебом Москвы и Петрограда.

Несмотря на сложности в заготовке хлеба в южных уездах губернии, из Вятского края шли телеграммы В.И. Ленину о темпах заготовки продовольствия. 28 июля 1918 года чрезвычайный комиссар по продовольствию А.Г. Шлихтер телеграфировал Ленину об отправке первого маршрутного поезда с хлебом, заготовленным в Малмыжском уезде, и завершении погрузки второго поезда.

О предательстве политкомиссара А.С. Хомака руководство чрезвычайного штаба губернии телеграфировало в Петроград: "Вы совершенно не правильно информированы А.С. Хомаком о вывозе хлеба из южных уездов Вятской губернии. Никаких сепаратных распоряжений о вывозе хлеба не было и быть не могло. Хлеб вывозится вверх по реке Вятке, по распоряжению губернского чрезвычайного штаба, в безопасное место - ввиду возможного появления чехословацких банд на юге губернии... Немедленно дайте распоряжение о полном и безусловном подчинении всех продовольственных отрядов губернскому чрезвычайному штабу В случае неудовлетворения нашего заявления, чрезвычайный штаб, губисполком и городской Совет снимают с себя полномочия и ответственность за состояние губернии" .

Из Петрограда губисполком получил распоряжение: "Первый Московский военно-продовольственный полк направить из Уржума в Малмыжский уезд для переформирования". Все действия командования полка ставились центром вне закона. В Уржумский уезд для разбирательства дела и принятия жестких мер в отношении полка выехали: из Петрограда - А.Г. Шлихтер, из Вятки губпродкомиссар Наумов, тубвоенком Г.Симонов и член губернского чрезвычайного революционного штаба П.П. Капустин с вооруженным отрядом. В Уржуме им не удалось разоружить и расформировать Московский военно-продовольственный полк и отдать под суд комсостав. В распоряжении губсиполкома в южных уездах не было той военной силы, которая могла бы разоружить находящийся в боеспособном состоянии полк.

У А.А. Степанова в то время были разногласия с комиссаром полка А.С. Хомаком по вопросам проведения изъятия хлеба у крестьян. Продкомиссар требовал оолее жестких мер в отношениях с сельскими жителями, изымал хлеб, не придерживаясь установленных норм потребления.

Успешное продвижение чехословацкого корпуса в поволжье повлияло на настроение А.А. Степанова. А когда корпус занял железную дорогу и подошел к Казани, он почувствовал, что наконец-то пришло время действовать. Не долго думая, А.А. Степанов арестовал А.С Хомака, обвинив его в измене революции. Вскоре А.С. Хомак был расстрелян. После этого А.А. Степанов пересмотрел состав командиров своих отрядов и отстранил от руководства не особо ладивших с ним.

В Уржуме к полку примкнули местные офицеры царской армии. Одновременно с заготовкой хлеба командиры отрядов вербовали в полк всех, кто был недоволен Советской властью.

Приближение чехословаков к границам южных уездов губернии окрыляло местную контрреволюцию. Эсеры и меньшевики при поддержке зажиточных крестьян, офицеров переходили к активным действиям. К этому их располагала благоприятная обстановка. В ряде уездов губернии (Малмыжском, Уржумском, Яранском и прилегающим к ним Нолинском) партийные организации были слабы, а Советы возникли лишь в начале 1918 года и не могли еще по-настоящему укрепиться. Опасность состояла еще и в том, что Малмыжский уезд граничит с Казанью, которая занята белогвардейцами. Малмыжские власти в то время не располагали достаточными военными силами для сопротивления. Командир Московского полка А. А. Степанов надеялся, что в ближайшем времени части народной армии (белогвардейцы) дойдут до Малмыжа и захватят уезд, а ему с полком надо продвигаться в сторону г. Вятки.

8 августа 1918 года Московский полк прибыл в Малмыж, и А.А. Степанов потребовал от руководства уисполкома выдать ему имеющиеся в казначействе 500 тысяч рублей. Угрожая оружием, он силой взял 200 тысяч рублей в продовольственном отделе уездного уисполкома. Поздним вечером основные силы полка, за исключением небольшого отряда, пожелавшего остаться на месте, погрузили на два парохода и две баржи вооружение, боеприпасы, продовольствие, лошадей и, чтобы сохранить силы, отплыли вверх по течению реки Вятки в Уржум. На следующий день пароходы причалили к пристани Русский Турек. На берегу стояло много людей: Московский полк встречали хлебом-солью.

 
О том, какие события происходили в Уржуме в то Время, узнаем из воспоминаний бывшего военного комиссара Теребиловскюго волисполкома Н.Г. Сорокина-Михайлова11: "...На квартире у Душкина, заместителя уездного военного комиссара, была паника. Последний приготовился к побегу из Уржума. Спрашиваю, в чем дело? Получаю ответ, что заняты Турек и Цепочкино белыми бандитами. Душкин советует мне пока скрываться: "Я поеду в Вятгку и оттуда приеду с красногвардейцами, а ты здесь попьтайся организовать дружину и  орудуй". Местная караульная команда вся разбежалась без единого выстрела а командир ее Попов перешел сразу же на сторону белых. Городская милиция (начальником был Мачехин Ф.И.) из-за малочисленности большевикам реальней опоры не представляла и в решающий момент как будто растаяла. Словом, от наступающего на город врага защищать его никто не пытался, а все пустились наутек, не истратив ни одно-патрона. Лишь несколько членов волисполкома забали с собой уездное казначейство, охраняли его несколько дней в лесу.  Белогвардейцы их обнаружили, всю охрану арестовали и посадили в тюрьму. Из членов нашей партии не успел скрыться из города А.И. Мышкин, который бьл арестован и посажен в тюрьму. Вот такая картина взятия белыми Уржума".
 

Читатель, узнаем, кто же такие были белогвардейцы. В книге "Гражданская война в России: белые армии" об этом написано так: "...Многие из бывших офицеров цар­ской армии, которые по нравственным соображениям не могли изменить России, и, находясь под угрозой рас­стрела, вынуждены были уходить в подполье, что неиз­бежно привело к повсеместному созданию антибольше­вистских нелегальных организаций. Эти подпольные организации, первоначально в своем большинстве со­стоящие из бывших офицеров, вскоре начали вооружать­ся и готовиться к отрытому военному выступлению про­тив власти большевиков. Подобные вооруженные орга­низации вскоре стали называть "белогвардейцами", по­лагая, что белый цвет наиболее соответствует сторон­никам и защитникам "законного правопорядка" и про­тивопоставляется красному - цвету революции и вос­ставших масс (энциклопедия "Гражданская война и во­енная интервенция в СССР", Москва, 1983 г., стр. 59). Естественно, белый цвет олицетворяет белизну и чис­тоту во всем, включая понятия чистоты и нравственных ценностей, установившихся в историческом процессе развития цивилизации в целом".

3
Прибыв в Уржум, командир Московского военно-продовольственного полка А.А. Степанов имел связь с КОМУЧ и под лозунгом поддержки Народной армии стал проводить бурную деятельность. Командный состав полка стал хозяйничать во всех волостях Уржумского уезда. Штаб начал издавать приказы, выпускать листовки, призывающие к свержению Советской власти. Руководством штаба была выработана программа, в которой главным стал призыв: "Долой коммисадержавие! Да здравствует Учредительное собрание!".

В волостных уездах под непосредственным участием командиров подразделений полка были упразднены Советы, вместо них восстановились волостные земские управы.

13 августа 1918 года А.А. Степанов в уезде организовал свою гражданскую власть в лице Временного управления южным округом Вятском губернии. "Временно, впредь до установления связи, - говорится в постановлении штаба, - или с верховным управлением северной области, или с Самарским комитетом членов Учредительного собрания (КОМУЧ), верховную власть в южном (округе Вятской губернии вручить временному правлению и составе: члена Учредительного собрания от Вятской Губернии Кропотова, уполномоченного северного областного центра Союза Возрождения России П.Н. Чиркова, командира передового отряда Народной армии капитана А.А, Степанова и полковника В.П. Пантюхина" .

Для управления Уржумским уездом руководители временного управления южным округом образовали уездный правительственный комитет. В Уржуме появился печатный орган под названием "Бюллетень управления", продукция распространялась среди населения.

Закрепившись в Уржумском уезде, А.А. Степанов планировал пополнить свой полк контрреволюционно настроенными офицерами и солдатами армии, а также крестьянами, недовольными продразверсткой и продналогом, и затем захватить Нолинский уезд. Уже оттуда планировал направиться по двум направлениям: по воде к городу Котельничу где, овладев железнодорожным мостом, отрезать Москву и Петроград от железной дороги; одновременно выступить с несколькими отрядами по Казанскому тракту, захватить город Вятку и дойти с боями до Урала, там соединиться с армией Колчака и помочь чехам ускорить победу над Советской властью.

Летом 1918 года военные события в Поволжье развивались стремительно. Успешно велось наступление чехословацкого корпуса на Урал. В первой половине июня воинские части чехословаков захватили Самару. Основную роль в успешном наступлении белогвардейцев играла созданная в Поволжье Народная армия КОМУЧ10 (комитет членов Учредительного собрания в Поволжье). В начале августа части Народной армии вели наступление на войска Красной Армии по обоим берегам Волги, вышли к устью Камы и на подступы к Казани. После ожесточенных боев с частями 1 и 5 Красных Армий 7 августа 1918 года белогвардейцы захватили Казань, один из основных стратегически важных городов Поволжья.


4
В середине августа 1918 года основные силы Московского военно-продовольственного полка А.А. Степанова находились в Лебяжье. Для выполнения поставленных задач командование полка старалось держать под контролем прилегающие к водному пути уезды, чтобы обеспечить дальнейшее продвижение отрядов к юроду Вятке. За короткое время нахождения на Вятской земле полк занял без особых боевых действий Уржум, Малмыж, Шурму, Лебяжье, Нолинск. В связи с ни руководство Вятского губисполкома было обеспокоено успешным продвижением полка по южным уездам губернии. Перед губернским чрезвычайным штабом встала неотложная задача - любой ценой разгромить Московский военно-продовольственный полк в Уржумском и Нолинском уездах. Для этого в уезды пыли переброшены все имеющиеся военные силы.

Губерния к моменту степановского мятежа имела и ишь незначительные силы в лице еще неокончательно сформированного 2 батальона 19 Уральского стрелкового полка, состоящего из большевиков, комсомольцев, рабочих и деревенской бедноты - под командованием И.В. Попова и Я. Урановского.

В первом же бою, завязавшемся у пристани Лебяжье 17 августа 1918 года, передовые отряды полка были разбиты. В захвате Лебяжья участвовал A.M. Монахов-Мануйлов. С 20 красноармейцами он занимался наведением порядка в селе и с усердием чекиста разыски¬вал скрывающихся участников мятежа, которых расстреливал на месте. При этом пострадала часть невинных жителей. Кроме того, подозреваемых в мятежах людей он отправлял для дознания в Уржум. Расстроенный и поредевший Московский полк отступил из Лебяжья и направился в Шурму.

Дальнейшее наступление на полк велось с двух сторон. Со стороны Казани поддерживал боевыми действиями Полтавский стрелковый полк, направленный 2 армией для подавления повстанцев. Утром 20 августа 1918 года полк с боями занял Уржум. Объединенные силы красных в борьбе против полка Степанова были поддержаны речной флотилией, прибывшей со стороны Казани.

Неся ощутимые потери, отряды Московского полка заняли Шурминское кладбище и прилегающую к нему территорию. Там их и обнаружила кавалерийская часть Полтавского стрелкового полка. В 12 часов 21 августа район кладбища был обстрелян из артиллерийских орудий. После этого активными действиями пехоты 2 батальона 19 стрелкового полка разрозненные отряды Московского полка были полностью разбиты. В боях красноармейцы захватили 2 пулемета, 150 винтовок и 11 тысяч патронов.

Командир полка А.А. Степанов, по некоторым данным, был ранен в Шурме, но лошадь под ним уцелела, и он с остатками полка и верными ему командирами Зверевым и Жуковым, оставив ранее захваченные пароходы на Вятке, ушли в Казань и соединились с Народной армией под командованием В. Капелля.

-------------------------------------------------------------

1. - "Установление и упрочнение Советской власти в Вятской губернии" (сборник документов). Киров, 1957 г., стр. 483.
2. - Для реквизиции (изъятия) в стране в 1918 году широко использовались специально снаряженные продовольственные и другие военизированные отряды из числа городских рабочих и красноармейцев.
3. - С апреля 1918 года в государстве при сохранении хлебной монополии и твердых цен велась заготовка хлеба с помощью товарообмена. Наркомпрод получал в распоряжение предметы промышленности, приобретенные им за счет правительственной ссуды, и направлял их в деревню, тем самым стимулируя хлебосдачу.
4. - 26 мая 1918 года в Нолинске состоялось первое общее собрание военнопленных-интернационалистов, записалось 45 человек. Был избран исполнительный комитет, принята резолюция о твердой решимости участвовать в защите революционных завоеваний совместно с русскими. Первичных документов об организации интернационалистов в Нолинске не обнаружено.
5. - Воспоминания написаны А.А. Корюгиным в 1937 году. Материал Нолинского музея истории и краеведения.
6. - Материал Нолинского музея истории и краеведения. Копия.
7. - Магазеи - склады для приема от крестьян хлеба под залог. Первые магазеи в Нолинском уезде были построены в конце XIX века в селах Бого¬родское, Зыково, в деревне Варзанской Верхосунской волости.
8. - А.С. Хомак - политический комиссар полка. Призван в армию, ранен. После выздоровления был назначен комиссаром вновь сформированного Первого Московского военно-продовольственного полка. В начале июня 1918 года направлен в Вятскую губернию на заготовку хлеба.
9. - "Октябрь и гражданская война в Вятской губернии", стр. 47.
10. - КОМУЧ. Пять членов бывшего Учредительного собрания после разгона большевиками создали "свое" правительство и объявили о создании Народной армии.
11. - Н.Г. Сорокин-Михайлов в 1921 - 1922 гг. работал начальником милиции Нолинского уезда. В феврале 1923 года Николай Гурьянович возглавил губернское управление милиции. В октябре 1928 года по состоянию здоровья оставил работу. В конце 1935 года вышел в отставку. Николай Гурьянович много читал. Работая в Нолинске, написал драму "Партизаны", которая была поставлена в клубе и имела большой успех.
 
 

Категория: Годы революции и гражданской войны | Добавил: nolya66 (21.03.2018)
Просмотров: 395
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Пользователь
Добрый день: Гость

Группа: Гости
Вы с нами: дней
Случайное фото
Случайная статья
Сказки Нолинского уезда. Записи М.А.Колосова
Просмотров: 1314

Композитор Н.Нолинский, брат В.Молотова.
Просмотров: 2205

Сергей Мохов. Дружеские шаржи
Просмотров: 2007

Новое на форуме
Вятский фотохудожник А.М.Перевощиков
Автор: Анна
Форум: Обовсем
Дата: 08.10.2018
Ответов: 1
Нелли Неженцева. Олеся и два художника
Автор: nolya66
Форум: Обовсем
Дата: 05.10.2018
Ответов: 0
Киров в х/ф "Временные трудности"
Автор: Анна
Форум: Обовсем
Дата: 22.09.2018
Ответов: 1
Поэзия нолинчан
Стихи Любови Мартемьяновой
Просмотров: 1236

Ожегов М.И.
Просмотров: 1500

Александр Анфилатов. Ах, как давно всё это было... Стихи
Просмотров: 1090

Поговорки
Погода в Нолинске

влажность:

давл.:

ветер:

Нолинск автовокзал

При копировании и цитировании материалов с этого сайта ссылка на него обязательна! Copyright MyCorp © 2018