Четверг, 22.11.2018, 17:32
Приветствую Вас Гость | RSS
javascript://
Меню сайта
Новые материалы
Нелли Неженцева: "Была мне Музой моя мама - А. Анфилатов"
Дата: 08.10.2018

Зеленин Д.К. Народные присловья и анекдоты о русских жителях Вятской губернии
Дата: 04.10.2018

Тайна одной фотографии
Дата: 03.09.2018

История фабрики "Пятиугольник"
Дата: 08.08.2018

Второй после Сталина
Дата: 05.08.2018

Н.Неженцева о нолинском поэте А.Анфилатове
Дата: 04.08.2018

Из истории Ботылей и Вятского края
Дата: 29.07.2018

Соседи
Муниципальное образование Нолинский район Кировской области
НКО Фонд
Сельская новь
Нолинский краеведческий музей
Нолинская централизованная библиотечная система
Интересные сайты
Николай Левашов «О Сущности, Разуме и многом другом...» РуАН – Русское Агентство Новостей Новости Русского Мира Новости «Три тройки»
Поиск
Статистика
Стр. 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12


ЛЮБИМОЕ ВРЕМЯ ГОДА (продолжение)

Но как не любить зиму, когда с ней неразрывно связаны пельмени! Пельмени в доме - это всегда праздник! Вечером за столом лепили их все, за исключением деда, который залезал на печь греть свою поясницу. На столе лежало жёлтое тесто, в деревянном блюде стояла мука. Тётя раскатывала тесто, резала стаканом из тонкого сочня кругляшки. Фарш, сдобренный луком, чесноком, перцем, в большой миске в центре стола манил, притягивал меня, я незаметно пытался уложить его не в пельмень, а сунуть в рот. Но сделать скрытно это почти никогда не удавалось, и я получал выговор и запугивание глистами. Было жаль, что за столом нет деда, уж он-то разрешил бы есть фарш хоть ложкой. Я старательно укладывал фарш на кругляшок, защипывал тесто, выгибал пельмешек, опять защипывал и укладывал на противне в ряд вместе с остальными. Заполнив противень, пересчитывал пельмени, делал это, думаю, не по собственной инициативе. Наверное, у нас так было заведено раньше. Противни с пельменями выносили в сени на мороз. За работой велись неторопливые разговоры, чаще всего, что-то вспоминали. А дед, вклиниваясь с печи в беседу, рассказывал, как в Сибири пельмени готовят впрок мешками, да ещё, из медвежатины, на что бабушка была готова плеваться. Всё-таки пельмени стряпали очень редко, не более двух-трёх раз за зиму, на большее не было мяса. Пельмени и сегодня - одно из любимых моих блюд. Чертовски вкусны эти кусочки теста, набитые розовым мясом! Но, к сожалению, в рационе пенсионера они так же редки, как и в далёком детстве. Я предпочитаю их есть с хлебом и в бульоне с перцем.

Скоро весна. Но не даром говорят, что северная весна один раз улыбнётся, но трижды нахмурится. С наступлением мартовских оттепелей яркое солнце растапливает верхний слой зимнего снега, а ночью мороз снова схватывает растаявшие снежинки, превращая их в корку, по которой не проваливается даже лошадь с возом сена или дров. Такой наст для ребятни – одно удовольствие, носишься по нему, превращая недоступные ранее из-за глубокого снега места в площадки для игр. По насту на берегу реки заготовлял я вицы-прутья ивы для мордушек и дедушкиных рукавцов. Правда, чаще всего мои вицы шли потом в печь, так как дедушкины снасти служили по много лет и не требовали замены. Но всё-таки каждую весну я приносил деду огромную охапку прутьев. Чтобы и бабушке сделать приятное, приносил и ей пихтовые лапы на веники, подметать полы.

С приходом весны снег, подтаивая, уплотняется, набирает больше влаги, становится тяжёлым, что не выдерживают стропила крыш домов. Поэтому, снег своевременно приходится убирать, скидывать вниз. Уборка снега с крыши чаще всего поручалась мне. Как- то, убирая снег, я решил проверить, сколько его над сараем с восточной стороны, где обычно его было не много. Снега и в этот раз было мало и убирать не требовалось. Но я неосторожно поскользнулся и упал с верха конька крыши на проверяемую сторону головой вниз. Попытка затормозить успеха не имела, и я с крыши головой вниз воткнулся в сугроб. Мне повезло, что я пролетел в метре от деревянных сходен на сеновал. Не знаю, сколько минут я пробыл в сугробе в таком положении, но очнулся уже в избе. На моё счастье, дед ходил затапливать баню и, возвращаясь оттуда, увидел мои торчащие из сугроба ноги.

Хорошо зимой! Но, глядя в белое окошко зимы, вдруг затоскуешь о зелёной траве... Как стрекотали кузнечики на угоре в Средней Тале! А ветерок, прилетавший с реки, раздувал наш костёр, когда были в ночном, и навевал счастливые мысли! Где же ты, лето, со своим солнцем, тёплыми грибными дождями, сполохами играющих зарниц и запахом свежего сена? Нет, только тот, кто знает, как долго длится зима, как медленно отступают морозы, может так сильно мечтать о беготне босиком, о жизни без надоевших шапок и шуб! Мы тебя не забыли, лето! Но почему ты кажешься всегда таким коротким!? Правда, и зима со свежими сугробами и морозами, если её вспоминаешь летом, тоже кажется короткой. Лето, мы скоро встретимся!

Вот и повеяли тёплые ветры. Обозначились серые плешины земли на буграх. Ели и пихты отряхнули снежные комья со своих лап. И в избе становится солнечно - окна оттаяли, разве что ночной мороз снова по низам стёкол нарисует кружева и сосульки, но к обеду и они растают, только вода скатывается со стёкол в желобки на рамах, и если бабушка не успела выбрать её оттуда, вода сбегает тоненькой струйкой с подоконника на пол. Соломенная крыша бани парит, словно загнанная лошадь. С крыш тянутся вниз огромные сосульки, мы отламливаем их и словно шпагами фехтуем, скрещивая их и позванивая ими.

Весну ждёшь с особым чувством. С земли ещё не сошёл снег, а в душу уже просится она. И земля холодна, и грязь со снегом хлюпает под ногами, но кругом всё весело, приветливо, воздух чище, прозрачнее. Запестрели первые подснежные цветочки. И самый видный из них мать-и-мачеха, первенка северной флоры. Золотыми монетками раскиданы её скромные корзинки по обрывам и берегам моей речки. В берёзовом лесу на Парфёновской горе жидко и голо, но набухшие почки возвещают о том, что после долгой холодной зимы природа просыпается, жизнь, как бы, вновь начинается. Первые скворцы, первый дождь, первый гром - все эти весенние приметы радуют не только ребятишек, но и каждого человека, кто умеет радоваться приходу весны и чувствовать себя счастливым. Весна уносит тяжесть зимы. Старые заботы уходят в прошлое, впереди - новые. Мои старички обсуждают будущие дела, прогнозируют погоду, урожай, что посадить на угоре - картошку ли (а вдруг, засуха?) или ячменём занять эту глину. Но как бы то не было, всё же весна милее душе, дороже!

Самым верным и самым привычным спутником весны был скворец. Он не изменил весне и прибыл на родину вместе с ней. Выходишь утром из дома и слышишь его песню. Кажется, сидя на нашей липе, он ждал моего пробуждения от сна и появления на улице, чтобы сообщить о себе прекрасной и свежей песней. И будто всё переменилось вокруг, словно вчера ещё было безжизненно, мертво от затянувшейся зимы, и вдруг всё ожило. Был будень, и вдруг стал праздник. На душе повеселело и быстро спешишь домой, чтобы поделиться радостной вестью со своими родными: "Скворцы прилетели!"

Вдоль деревни несётся стремительный поток воды и исчезает в логу Елены Васильевны. С лопатой в руках бегаю вдоль канавы и воздвигаю запруды, которые то и дело рушатся под напором бешеной воды. По утрам земля промерзает, и ледок хрустит под ногами. Ну, как же не проломить пяткой тонкую льдинку в луже!

С тревогой ждём половодье. Снег в низинах набух, потемнел. За сельсоветом слышен страшный шум - это прорвало лог, мутный поток хлещет по всей его ширине. Распутица, водополица, как ещё у нас называли половодье, лишает общения между селениями - все низины, лога заполнены бурными потоками воды. Значит, завтра или вот-вот пойдёт и река. Проходит день, другой, и пошла вода! Наша Ситьма из маленькой речушки превращается в огромный свирепый поток, затопляя всю пойму от горы до горы. Прибежишь из школы, забросишь сумку с книжками и - на угор! Отсюда видно, как спящая подо льдом полгода река вдруг стала величавой и неузнаваемой. С другом бежим на мост и смотрим вниз, где льдины громоздятся друг на друга, трещат, вода негодует, пенится. Если долго смотришь вниз, то кружится голова от этой шальной круговерти. От ударов льдин дрожат перила моста. Выдержит ли мост такой напор воды, плывущих льдин и деревьев, вывернутых где-то с корнями? Наш мост был в это время не только единственной связью со всем миром, но и многие жители выходили на него полюбоваться половодьем, этой стихией природы. Ведь к мостам у человека всегда особое отношение. Сколько песен сложено про них и всё про влюблённых, про встречи и расставания, про возвышенную радость и утраченные надежды... Ледоход на реке - явление скоротечное: вчера - лёд, а сегодня - сплошная вода. Половодье возбуждает, взбадривает, можно часами любоваться им. Половодье было в радость школьникам, с ним начинались весенние каникулы.

Весной, как только появятся первые проталинки на угорах, тут же начинает зеленеть трава, кажется, и под снегом она была зелёной. Невозможно удержаться, чтобы не скинуть обувку и босиком поноситься по траве. Наша школа была на горе, и проталины появлялись здесь в числе первых. В любую переменку мы выскакивали из класса и носились по ним или играли в "кандалы".

- Кандалы!
- Скованы!
- Раскуйте!
- Кем?

И, если выбрали тебя, что есть силы набираешь скорость, чтобы разорвать ребячью цепь и увести кого-то с собой. Конечно, стараешься разорвать цепь там, где стоит тот, кому наиболее симпатизируешь и, в случае удачи, забрать её, конечно же, девочку, с собой, а если не получится, то встать рядом с ней, взявшись за руки. Готовлюсь к разбегу. Быстро соображаю, куда ворваться - Нину Зяблицеву и Шуру Колобова не разорвать, они очень сильные, да и пусть стоят довольные, Шура ведь только что встал. А вот Тоню и Августу разорву, Августу оставлю - она вечно со мной задирается, а заберу Тоню, и вернувшись в свою цепь, встану рядом с Валей Тимшиной. Но за девчоночьи горячие руки с обеими подержаться не пришлось - зазвенел не во время звонок на урок...

Быстрые потоки журчащей воды, весёлые игры на проталинах и аромат первых цветов - это радость весны. А как же не пробежать по очистившейся от снега тропинке!

Лето. Тепло. Ива начинает зацветать, можно и свистульку делать. Выберешь молодую ветку, срежешь кусок, рукояткой ножа обстучишь кору, чтобы легче отделилась, снимешь трубочкой и считай, что главное сделано - будет свисток. "Ах, лето звонкое, любил бы я тебя, когда б не пыль, да зной, да комары, да мухи..." Да это же такая мелочь по сравнению только с одним тёплым летним дождём, пусть даже и с грозой и с ливнем! "Дождик, дождик, пуще! Дам тебе я гущи..." - пели мы заклинание при первых каплях, когда очень заждались его. А уж если дождь затягивается, надоедает, начинаешь причитать: "Дождик, дождик, перестань! Я поеду в Верестань Богу молиться, Христу поклониться".

Отшумела гроза, последний гром где-то далеко раскатился по небесам, и всё смолкло кругом, небеса посветлели и выкидывают последние капли редким дождём. Всюду сверкает мокрая земля. На дороге - мутные лужи. И всё так свежо, ново. Выскакиваешь на улицу и носишься по лужам и склизкой от грязи дороге, дурачишься. Удивительны своей какой-то волшебной красотой наши вятские места. В мою душу они вошли на всю жизнь. И речка не так велика, спокойно течёт среди зелёных берегов, редко где разольётся, вымоет глубокий омут, говорливо пробежит по перекату и опять спокойно побежит по илистому ложу. Но она так прозрачна, так ласкова, так богата пусть маленькой, но рыбой, что я не променял бы её ни на какую другую.

Вспоминая о родине, в памяти, как на экране, проявляются воспоминания о наших берёзах. Красива берёза! Редкий человек не восхищается её мощью, стройностью, белизной коры. И недаром с глубокой древности у всех славянских народов чествовали берёзу. Сколько песен сложено народом о берёзе, сколько посвящено ей русскими поэтами стихов, сколько картин написано, изображающих берёзовые рощи! Думаю, что берёза у русского человека будет вечным спутником в песнях, стихах, поэмах.

Две берёзы по дороге в Нолинск, наша на Парфёновском поле и верхопольская, для меня, и не только для меня, для всех жителей, были какими-то дорожными символами, каждый старался под ними посидеть, отдохнуть. Сколько они повидали на своём долгом веку, который им был отмерен судьбой! О многом они могли бы рассказать: и о воинском подразделении, усмирявшем "картофельный" бунт в Ситьминской волости, и арестантах, увозимых на каторгу, и о первых тракторах, появившихся перед ними из-за поворота дороги в 3О-е годы, и об уходящих на фронт моих земляках и в последний раз попрощавшихся с ними, на которые, наверняка, долгим взглядом смотрел и мой отец, пока они не скрылись из глаз, и о возвращавшихся с фронта солдатах, которые только здесь, под сенью их листвы, поверили, что они уцелели в страшной мясорубке войны и вернулись домой, и об отпускниках - горожанах, которые, увидев эти берёзы, ностальгически вспомнили своё детство и, уезжая обратно, снова прощались с ними, надеясь на возвращение... Многое видели старые берёзы! И любили их люди! Нет сейчас этих огромных деревьев, только молодую поросль оставили они вокруг. Многих моих деревьев уже нет - время оставляет свой след на всём. Старею и я. Но как же будет развиваться моя не многочисленная поросль, будет ли мой род таким же жизнестойким, как эти берёзы?

Ежегодно мы с дедом в парфёновском березняке заготавливали веники для бани. Однажды с нами была и бабушка, когда бригадир Григорий Петрович попросил заготовить веники на корм колхозному скоту. Насколько помню, в газете была статья о веточном корме, состоялось правление колхоза, и началась очередная кампания, подобная кукурузной. Каждому двору дали задание заготовить определённое количество веников. Мы работали два дня и навязали целую гору. Дед оба дня ругал инициаторов этой идеи самыми нехорошими словами. Не могу сказать, что стало с нашими вениками, но порубили молодого березняка мы немало.

Проживая в городе и бывая в отпусках в разных концах нашей страны, я поражался наличию берёзового сока, продаваемого в магазинах и столовых. Где же можно было набрать его в таком количестве? Для этого нужны целые реки. А ведь, чтобы набрать сока даже стакан, нужно время, когда он только капает, реже, течёт в посудину малюсенькой струйкой. Самая большая берёза у нас росла на конном дворе, но и она за сутки не давала ведро, а ведь брать сок можно всего несколько дней. Я пробовал тот, продаваемый в торговой сети, и думаю, что эта жидкость ничего общего с берёзами не имела, кроме названия на этикетке банки. Нас же этот довольно сладкий, чуть кисловатый, лесной гостинец после зимы радовал, и я с удовольствием угощал им своих родных.

Самая удивительная часть берёзы - береста. В нашем доме было несколько бураков-туесов из бересты разного размера и разной ёмкости. Когда шли в поле на сенокос или заготавливать дрова, бабушка наливала в бурак квас, который в такой посудине оставался длительное время свежим и холодным. В таких бураках с тугими деревянными крышками дома хранили различные продукты. Из бересты я научился делать рога, как у настоящего пастуха. Раньше сапожники в изготавливаемую ими обувь между подошвой и стелькой вкладывали бересту, чтобы при ходьбе был слышен скрип, что считалось шиком, особенно, если человек шёл в новых сапогах. "На свадьбу грузчики надели со страшным скрипом башмаки", - автор этих строк был явно знаком с технологией пошива башмаков друзей Кости - моряка.

А мы, мальчишки, любили взбираться на вершину тонкой берёзки и, ухватившись за неё, оттолкнуться и, как на парашюте, медленно опуститься вниз. Вспомнив об этом, в памяти невольно всплыло одно из стихотворений В.Солоухина, прочитанное много лет назад, и я в библиотеке нашёл его в одном из изданий.

Я помню в юности, когда я жил в деревне,
Ходили мы за вениками в лес.
Сейчас найдёшь берёзу постройнее,
Повыше,
Попружинистей,
Погибче,
Чтобы вполне ладони обхватили
Её, как тело, розоватый ствол.
Сначала сучьев нет. И по стволу,
Подошвами босыми упираясь,
С коры сдирая белую пыльцу,
До онеменья нагружая руки,
Стремишься вверх, где места нет опоре.
А только зыбкость,Только синева,
Что медленно колышется вокруг.
Тогда опустишь ноги
И повиснешь,
Руками ухватившись за верхушку.
И длинная упругая берёза
Начнёт сгибаться медленно к земле.
Так было ощущение полёта.

Лучше не скажешь! Эти чудесные строки В.Солоухин написал про меня, про всех деревенских мальчишек, и я не мог не привести их здесь, в своих воспоминаниях о детстве. Стихи лучше всего объясняют моё состояние души, ностальгию, любовь к моей Вятской родине. Потому я много включаю стихов в эти записки, чаще всего, вятских поэтов.

Вспоминаю, как я пас скот в Межуродине. Скот отдыхал, овцы и коровы лежали в небольшом ельнике, спрятавшись от полуденного июльского солнца. Над полем слегка парило, и горизонт вдали над аксёновскими полями будто слезится, теряется в текучем, дрожащем мареве. Лёжа в траве на спине, раскинув руки, словно летишь под голубым океаном неба. Предаваясь чувственному блаженству, сладко задремал на солнце, испытывая невинное счастье. Это счастье нарастает, когда сквозь дремоту слышен однообразный стрекот кузнечиков, блеяние, потерявшего свою мать, ягнёнка, размеренный стук двигателя трактора, где-то работающего за Родинским логом... И вдруг услышал пение жаворонка. Прикрываясь от солнца, я всматривался в высь, стараясь отыскать в ней поднебесного певца родной природы. Не сразу нашёл его над головой. Чарующие звуки пернатого солиста звенели, утверждая о том, что надо мной чистое небо, что день будет светлым и тёплым. Песню этой птички я слышал сотни раз, но тогда, найдя её в небе, слушал и слушал, звонкую, переливчатую, испытывая какое-то блаженство, покой. Ничего, ничего мне не надо было в эти минуты, только бы не стихало нежнейшее серебристое журчание над головой. Замечтавшись, я тогда действительно заснул и проснулся от крика Дуни, что с моей стороны коровы ушли на клевера.

Ночное! Пасти лошадей ночью - разве не романтика! Каждая проведенная ночь в ночном примечательна чем-то необычным, особенным. Как-то пасли лошадей между Ерёминским и Аксёновским логами. Ночь была тёплая, но сидели мы у костра. Так было заведено - обязательно костёр. Днём заранее заготавливали для него дрова, в основном, валёжник, старые пни. Всю ночь чувствуешь себя у огонька весело, комфортно: и картошечки напечёшь, и наслушаешься разных историй, и накуришься всласть... Длинные языки пламени костра лижут сухую корягу, огонь кажется живым. Кто-то бросил охапку пихтовых лап, которые вспыхнули мириадами искр, с гудением уносящихся вверх, где они погасли не скоро, они там горели и мерцали, точно целые горсти звёзд. Комары звенят, будто дедушкин негаснущий самовар шумит.

Подошла моя очередь проверить лошадей, не ушли ли на посевы или не спустились ли к реке, где могут вытоптать огороды. И вдруг в траве, рядом с кустом можжевельника увидел огонёк, не сильный, но какой-то привлекательный. С опаской поднёс руку и взял что-то маленькое и мягкое. "Фонарик" мой при этом погас. Светлячок! Я слышал о нём, но впервые увидел это невзрачное существо. Изумлённо разглядываю живой фонарик июльской ночи. Осторожно взял в руки. Но "фонарик" в моей руке уже не "включился". Осторожно положил его в траву, не торопясь, стал присматриваться и нашёл ещё несколько штук. Наученный опытом обращения с первым и, обнаружив, что у светлячка светится задняя часть, остальных брал осторожно за головку и клал в нагрудный карман рубашки. С этим, таинственно светящимся карманом, я подошёл к ребятам. Все удивились, оказалось, что светлячков мало кто видел. Тех фонариков я подарил тогда Нине Распопиной, которая в эту ночь была у нас за старшую.

Из всех колхозных работ мне наиболее нравилось пасти ночью лошадей. Во-ервых, накануне днём свободен - надо заготовить дрова для костра, и после ночного дежурства до обеда тоже не заставляли работать. А во-вторых, романтично, хотя понятия такого я не знал тогда. Приятно, прогнав табун по улице деревни, прогарцевать верхом на коне. Кажется, все смотрят на тебя и восхищаются. В ночное посылали по четыре-пять человек, один из которых взрослый, остальные - пацаны. Для пастбища выбирали такое место, чтобы было больше для лошади естественных преград, обычно, с излучиной реки или лесом. Таким требованиям удовлетворяли луга за Мусоватиком или у Талы под Лопатами.

Как-то пасли коней на лугах под деревней у Батькиного омута. Но из города привезли кино "Василису Прекрасную". Очень хотелось посмотреть фильм. Старший отпустил меня, и я сумел бесплатно пролезть в школьный коридор уже на вторую часть. Накануне перед ночным я что-то дома делал и притомился. И сейчас, лёжа на полу перед экраном, уснул. Последнее, что я видел, это когда Баба Яга выехала из печи. Разбудили меня по окончании фильма. А так не хотелось подниматься с пола! И почему так быстро закончилось кино?! За то, что я был отпущен в кино, меня заставили рассказать хотя бы о том, что видел. Потом до утра мне пришлось дежурить у костра и обходить дозором табун. Позднее, когда я ещё много раз видел этот фильм и кадры с выехавшей из печи Бабой Ягой, я невольно улыбался, вспоминая то ночное и недовольство моих товарищей за сон перед экраном.

С ночным связано немало воспоминаний. Однажды сильно накурился. Я и до этого тайком покуривал. В магазине покупал сигареты "Парашютист". Стоимость одной пачки была равна стоимости трёх яичек. Из гнезда возьмёшь по яичку, конечно, не за один раз, а за несколько дней накопишь три штуки и отнесёшь в сельпо. Тайком, чтоб никто не видел, отдашь Нюре - продавщице, а она тебе – сигареты (Минздрав ведь тогда не предупреждал о вреде курения). Удивляюсь до сих пор, как Нюра не проговорилась об этом моей тётушке, ведь, они общались ежедневно. А если курить нечего, насобираешь сухих листочков с деревьев и сделаешь самокрутку. Дед не садил табак, он не курил, а только нюхал. Но табак садил сосед Корнила Иванович, и я лазил ползком к нему в огород за табачными листьями, которые сушил на крыше. Приезжавшие из города уполномоченные или ещё какие-то представители власти курили сигареты или папиросы. Как правило, они много не докуривали, и мы ждали, когда они бросят свой окурок, чтобы потом незаметно поднять. Раз к кому-то из ребят приехали гости, и наш товарищ стащил одну сигару, такую толстую и большую. С такой сигарой в газетах Черчилля рисовали. Вот это табак так табак! Мы всей деревней дважды накурились одной сигары. Как затянешься, так глаза под лоб уходят и продохнуть не можешь!

Лето. Горячее время сенокоса. Сенокос - это всегда как праздник. Девчата в лёгких ситцевых платьях, свежих и светлых, головы у всех повязаны яркими косынками. Не малая доля труда при этом ложилась на наши детские плечи: девчёнки сгребали сено ручными граблями, ворошили, переворачивали его, чтобы быстрее просохло, мальчишки работали на конных граблях и телегами перевозили сено к стогам. Ворошить сохнущее сено в валках легко и споро, тут великой сноровки не требуется: знай обратным концом граблей подхватывай пласт сена, увянувший сверху, и переворачивай изнанкою наверх.

Вверх, на стог, метал сено деревянными вилами единственный мужик в деревне Афоня-дурачок, а вверху принимала и укладывала Терентьева Дуня, она была лучшим мастером этого дела. Сено уложить нужно так, чтобы стог со стороны не выглядел однобоким, и верх вывести так, чтобы исключить протекание дождевой воды в него. Красиво смотрелось клеверное поле, уставленное стогами и зародами, радовало сердце каждого колхозника! Оно означало, что колхозный скот в долгую вятскую зиму будет прокормлен, и можно без опаски начинать косить траву для своей скотины.

Чтобы в хозяйстве прокормить корову и овец, требовалось немало сена. В 1983 г. во время отпуска мы с Евгением идём в Ситьму посетить могилы родственников. За Морновкой на Верхопольском поле нас встретила нетронутая целина мощного разнотравия. Только здесь, вдоль дороги, можно накосить не один воз душистого первоклассного сена. Трава - по пояс, и никому не нужна - в расположенных рядом деревнях Мурги и Верхополье уже нет жителей, обезлюдела местность. Вспомнилось время, когда каждый клочок травы выкашивался, будь он даже где-то в самой глубине леса. Трудно тогда было обеспечивать кормами скотину из-за густонаселённости местности и отсутствия покосов в нашем лесном регионе. Косили по ночам, крадучись друг от друга, от колхозного руководства, так как властями был наложен запрет на самовольные покосы до обеспечения кормами колхозного стада. А такая обеспеченность редко осуществлялась. Бывало, что в конце зимы колхозных коров и лошадей подвешивали на вожжах, чтобы те не упали от бескормицы, с трудом дотягивая до свежей травы. На корм не хватало даже ржаной соломы, не говоря уже о сене или силосе. Случалось, что снимали с крыши конного двора на корм старую перегнившую солому.

Но, несмотря на запреты, колхозники умудрялись свою скотину обеспечить кормами. Ни одна соломинка пшеницы или ячменя со своего огорода не пропадала, солому мелко резали, запаривали и корова поедала всё, без остатка. Ни одна полянка, ни одна ложбинка не оставлялись без внимания. Подсмотрев нетронутую траву и дождавшись вечера, задами огородов, чтобы никто не заметил, мама бежала на заветное место и, достав заранее спрятанную литовку, косила до утра, в темноте, в лучшем случае, при свете луны. Но, несмотря на такую конспирацию, в деревне каждый знал друг о друге всё, даже по звуку точившейся косы, определяли её хозяина. Думаю, что и председателю колхоза Тимшину Н.С. тоже было известно всё, ведь Зоя, как и все, так же косила ночью тайком. Дед часто обкашивал обочину дороги на Парфёновском поле. Он говорил, что вдоль дороги земля принадлежит какой-то дорожной службе, разрешение на покос от которой он имел. Однажды, уже по льду, мы косили осоку под Мазанами на Пустынкином пруду. Было очень холодно, и дед для меня развёл костёр. Тогда дедушка и бабушка накосили хорошую копну. Дед, взяв грабли, не торопясь, оправил копну, чтоб ни единой сенинки не осталось под ногами, всё подгрёб, подчистил, огладил копну тыльной стороной граблей. А зимой на санях мы перевезли сено домой.

Позднее дед засеял угор в огороде клевером, откуда мы с дедом переносили сено на сеновал. Помню, как было тяжело плечам, через которые перекинута верёвка от ручек носилок, как бревенчатый настил взвоза на сеновал покачивался под нашими ногами. Закрывая ворота на сеновал, дед облегчённо вздыхал - наша скотина зимой опять не будет голодной.

Дед учит меня косить:

- Не торопись, размеренно работай литовкой, чтобы пяточка по самому низу ходила. - Да, не руби, как Чапаев шашкой! И плечом работай, иначе быстро устанешь, - но после нескольких взмахов косой я устаю, и коса ходит по траве по-чапаевски.

Сейчас-то я с этим сельскохозяйственным инструментом управляюсь отлично и своих козочек обеспечиваю сеном всю зимушку. Но каждый раз, когда начинаю уставать (а это с каждым годом становится все заметнее...), и коса не подрезает, а рубит траву, вспоминаю своего незабвенного деда, его советы и поучения. И еще - Есенина с его прекрасными строками:

...Ты ли деревенским, ты ль крестьянским не был?
Размахнись косою, покажи свой пыл!
Ах, перо не грабли, ах, коса не ручка!
Хорошо косою в утренний туман
Выводить по долам травяные строчки,
Чтобы их читали лошадь и баран.

Лапти... Сегодня эта экзотическая обувь - принадлежность музеев и сувенирных магазинов. В мои детские годы лапти были главной обувью крестьян. В нашей округе липа - редкое дерево, и потому не было мастеров, изготовлявших эту обувку. За лаптями ездили в Нолинск на базар. Как-то мама рассказывала, что отвела на базар последнего барашка и на вырученные деньги купила на всю семью лапти. Лапти плелись из липовой коры - лыка. Лыко сворачивали в рулончик и подвешивали на сушку. Дед не плёл лапти, но умел ремонтировать, подковыривать, то есть усиливать нижнюю часть лаптя двойным слоем лыка. В клети у него висели такие, скрученные в бублики, заготовки коры. Дед размачивал лыко, резал на полосы и специальным инструментом кочетыгом подковыривал лапоть, увеличивая срок его носки.

Обидно мне за липу, зря её оговаривает народная молва. К такому благородному растению разве можно прилепить всякие непотребные эпитеты, как липовые дела, липовые документы. Мол, всё это не настоящее, а поддельное. Да, у липы мягкая, податливая древесина, но она умельцами ценится как отличный поделочный материал. Испокон веков из неё ложки и миски вырезали, детишкам игрушки выстругивали, а из лыка лукошки для грибов и ягод мастерили, лапти плели. Всю страну то дерево обувало. Даже бытовала расхожая фраза: “Россия лапотная”. Где-то читал, что в России до революции изготавливалось до 5ОО миллионов пар лаптей в год. Внушительная цифра! А сколько же пар лаптей плелось в Советской России? Конечно, такая статистика не велась, ведь мы были самые “богатые в мире и жили при самой прогрессивной системе – социализме”. Но инструктор райкома партии Тимшина Зоя Николаевна в Нолинск шла в лаптях, а перед заходом в город меняла их на другую обувь, лапти же прятала в портфель.

Кроме зимних валенок у колхозников другой обуви не было, за исключением, дешёвеньких туфелек для праздников. Лапти были универсальной и всепогодной обувью, начиная с ранней весны и до зимних морозов. Удивительно, но даже в сырую погоду нога в, подковыренном в два-три слоя, лапте оставалась сухой. Некоторые весной, в распутицу, к лаптям подвязывали деревянные колодки сантиметров на пятнадцать, чтобы не набрать внутрь лаптя воды через верх. Мои одноклассники в такой обуви у доски выглядели гораздо выше учительницы. Но главное преимущество лаптей - их лёгкость и сухость ноге, что особенно ощущается в жаркую летнюю пору при работе в поле, на сенокосе. А как здорово в лаптях, как на лыжах, скользить по скошенной траве вниз по склону лога!

Как у М.Горького :

Эх, как бы не жалко лаптей,
Убежал бы от жены и от детей!

Думаю, навряд ли дядя Алёши Пешкова носил лапти, он был не настолько беден, напевая эту частушку при гулянке.

Гуляй веселей!
Не жалей лаптей:
Тятька лыка надерёт -
Лапти новые сплетёт.

Но мои земляки жалели и эту обувь. Все-таки за неё заплачены деньги, которых колхозники практически не имели, и потому старались увеличить срок носки лаптей: подковыривали в два-три слоя лыка, а старики летом в сухую погоду ходили в валенках. Наверное, валенки обходились дешевле, так как каждая семья имела овец. Так, от съеденного волками мальчика (об этом я расскажу позднее), нашли только ноги в валенках. Дети же летом практически не знали обуви.

Для изготовления мочала и верёвок дед вымачивал лыко в яме на лугах у Мусоватика.

Научиться обуваться в лапти не просто. Каждый, кто служил в армии, знает, что значит намотать портянку на ногу. Если в сапоге портянка не видна, то на обутой в лапоть ноге, вся портянка на виду, и даже в лапте нога должна смотреться красиво. Небрежно намотанная онуча в самый неподходящий момент может размотаться и принести неприятность. Бабушка долго обучала меня искусству наматывания портянок, и в армии у меня с этим не было проблем - я ни разу в сапогах не смозолил ноги.

Но время лаптей закончилось, от этой обуви остались только воспоминания. В 1965г. я хотел из отпуска привезти лапти, как сувенир, как память детства, но к моему величайшему сожалению в деревне не нашлось ни одной пары. И отрадно, и грустно! Грустно оттого, что мы всё дальше и дальше уходим от тех предметов быта, что связывали нас с детством. Отрадно, что жизнь всё-таки улучшалась.

Раз в отпуске где-то на юге, узнав, что я вятский (а диалект меня выдаёт и до сегодняшнего дня), мне рассказали анекдот. Немцы готовили большое наступление и заслали в наш тыл лучших разведчиков Абвера. Увидев на дороге во всю её ширину следы с необычной формой протектора, агенты решили, что у русских на фронте появились новые, необычайной мощности, орудия. Наступление немцев было отсрочено, что позволило нашей армии собраться с силами и самой перейти в наступление. Оказалось, что на фронт прибыл батальон новобранцев в лаптях из Кировской области, который проследовал маршем со станции на передовую, что и сбило с толку немецких стратегов.

Закончилось короткое вятское лето. Набравшись солнца и здоровья, расстаёмся с ним, мечтая о хорошей зиме, лыжах и санках.

И ещё несколько слов о Родине. Широко расстилается Россия. Моя северная сторонка по сравнению с южными красотами и достопримечательностями других мест кому-то покажется скромной, неброской. Что тут сказать? Для меня она единственная. Я навсегда влюбился в спокойную, неброскую, овеянную какой-то тихой и задумчивой прелестью, вятскую красоту. И нет уголка роднее на всей земле! Отсюда, от родной земли Вятской, и начиналась для меня большая и прекрасная Родина, Россия.

 

Стр. 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12

Пользователь
Добрый день: Гость

Группа: Гости
Вы с нами: дней
Случайное фото
Случайная статья
Как отставной солдат Губин перешел в иудейскую веру
Просмотров: 617

В.А.Ситникова. Рассказы "Про космос", "Про некошного".
Просмотров: 850

Вятские слова и выражения. Часть 2
Просмотров: 2188

Новое на форуме
Обращение НКО Фонд «Возрождение» г. Нолинска
Автор: nolya66
Форум: Обовсем
Дата: 18.11.2018
Ответов: 0
Вятский фотохудожник А.М.Перевощиков
Автор: Анна
Форум: Обовсем
Дата: 08.10.2018
Ответов: 1
Нелли Неженцева. Олеся и два художника
Автор: nolya66
Форум: Обовсем
Дата: 05.10.2018
Ответов: 0
Поэзия нолинчан
Дню Победы посвящается. Стихи Нолинских поэтов
Просмотров: 863

Стихи Чупракова А.И.
Просмотров: 1991

Стихи Владислава Шихова
Просмотров: 1235

Поговорки
Погода в Нолинске

влажность:

давл.:

ветер:

Нолинск автовокзал

При копировании и цитировании материалов с этого сайта ссылка на него обязательна! Copyright MyCorp © 2018