Понедельник, 21.05.2018, 10:08
Приветствую Вас Гость | RSS
javascript://
Меню сайта
Новые материалы
Музыкальные произведения композитора Николая Нолинского (Скрябина)
Дата: 29.04.2018

Отец Иоанн Шерстенников - первый священник села Аркуль
Дата: 23.04.2018

Галерея картин кировского художника Князева А.К.
Дата: 02.04.2018

Художник А.Н.Князев
Дата: 30.03.2018

Немецкий поэт Христиан Моргенштерн в переводах Юрия Куимова
Дата: 27.03.2018

Борьба за хлеб в Нолинском уезде в 1918 году
Дата: 21.03.2018

Сборник клуба "Воскресение" - "Облава". Избранные стихи и проза.
Дата: 18.03.2018

Соседи
Муниципальное образование Нолинский район Кировской области
НКО Фонд
Сельская новь
Нолинский краеведческий музей
Нолинская централизованная библиотечная система
Интересные сайты
Николай Левашов «О Сущности, Разуме и многом другом...» РуАН – Русское Агентство Новостей Новости Русского Мира Новости «Три тройки»
Поиск
Статистика
Стр. 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12



ОТКУДА ПОШЛА И ЕСТЬ  В Я Т С К А Я  З Е М Л Я (продолжение)

Большой вклад в русскую науку внесли и вятские учёные. К.И.Щепкин, доктор медицины, основоположник хирургии в России, член Российской академии наук, сотрудничал с М.В.Ломоносовым и оставил после себя бесценные труды по медицине, хирургии, минералогии, ботанике. Основоположник русской офтальмологии (учение о глазных болезнях и лечение с ними) хирург В.А.Караваев начал свою деятельность в Вятке. Академик Д.Н.Анучин, крупный географ, антрополог, этнограф и археолог – уроженец Вятской губернии. В городе Нолинске родился будущий известный учёный – металлург Н.С.Курнаков. Выдающийся невропатолог В.М.Бехтерев вышел из села Сороки. В старой Вятке прошла юность основоположника теории межпланетных сообщений и ракетной техники К.Э.Циолковского, который позднее писал: “Вятка для меня незабываема.” Здесь же начал дорогу к звёздам сотый космонавт дважды Герой Советского Союза В.П.Савиных.

Вятские умельцы нередко удивляли соотечественников и иностранных мастеров. Крестьянин Андрей Хитрин сделал первую в мире сенокосилку. Леонтий Шамшуренков смастерил первую в мире "самобеглую коляску", нечто подобное автомобилю. Семён Бронников делал удивительные деревянные часы из капа. З.Бобров изготовлял бумагу из соломы, ткани, лесной хвои, красители из местного сырья. Д. Кашин в 187О г. построил летательный аппарат и пытался лететь на нём. Д.Сенников в 1872 г. на выставке в Москве демонстрировал колососборку, зерносажалку, ручную жнейку и молотилку. М.Шабалин и И.Бородин мастерили швейные машины из дерева. Г.Огородников сконструировал модель мощного ветряного двигателя.

Широкую известность в стране и за рубежом получило самобытное вятское народное искусство - изготовление самобытной дымковской игрушки, производство прекрасных изделий из капа и корешка, вятских гармоний, а поддужные вятские колокольчики по качеству не уступали валдайским... Кукарские кружева получили признание и высокую оценку на всемирных выставках в Соединённых Штатах Америки в 1894 году, в Париже в 1900 году, на всероссийских выставках в Нижнем Новгороде, Петербурге, Казани и ныне идут на экспорт во многие страны Европы и мира.

Широко был известен русский путешественник Ф.С.Ефремов, автор книги "Девятилетнее странствование и приключения в Хиве, Бухаре, Персии и Индии", опубликованной в Петербурге в 1786 г. А в начале девятнадцатого века торговые суда вятского купца К.Н.Анфилатова были первыми русскими торговыми судами, прибывшими в США.

Огромный вклад в развитие марксизма в России и приближения революционных бурь внесли вятские революционеры и социал-демократы. Среди первых пропагандистов марксизма был Н.Е.Федосеев, уроженец Нолинска. С.И.Мицкевич, родившийся в Яранске, создавал марксистские кружки в Москве и Нижнем Новгороде. А в руководящее ядро петербургского "Союза борьбы за освобождение рабочего класса", которым руководил Ленин, входил А.Л.Мальченко.

Одним из славных представителей плеяды революционеров был Степан Халтурин, под руководством которого была создана революционная организация в Петербурге "Северный союз русских рабочих". Позднее Халтурин сблизился с народовольцами и встал на путь терроризма. 5 февраля 188О г. им был совершён взрыв в столовой Зимнего дворца в целях уничтожения царя и его семьи. Но взрыв произошёл раньше, чем Александр Второй оказался здесь. В марте 1882 г. Халтурин вместе со своим земляком Николаем Желваковым участвовал в убийстве ненавистного военного прокурора Юга России

Стрельникова в Одессе, за что оба народовольца были казнены.

27 марта 1886 г. в Уржуме родился будущий революционер и выдающийся партийный и государственный деятель Сергей Миронович Костриков (Киров). Здесь прошло его детство и началась революционная деятельность.

Я горжусь, что в моём Нолинске родился революционер и ближайший соратник Сталина Вячеслав Михайлович Скрябин (Молотов). По-разному сейчас можно относиться к этому человеку, современные учёные перекраивают сейчас даже историю, но заслуги Молотова в становлении и развитии Советского государства огромны.

Вятская земля родила М.И.Кошкина, главного конструктора танка Т-34, непревзойдённой машины, шедевра в мировом танкостроении.

Горжусь своими земляками, выдающимися военоначальниками, Маршалами Советского Союза И.С.Коневым, А.А.Говоровым, С.Л.Соколовым, Главным маршалом авиации К.А.Вершининым, Маршалом авиации Ф.Я.Фалалеевым.

А отважный кайгородец Яков Николаевич Падерин 6 декабря 1941 года первым закрыл своим телом амбразуру фашисткого пулемёта, за что был удостоен высшей степени воинского отличия, звания Героя Советского союза.

Заслуженный мастер спорта, великая и легендарная Мария Исакова родилась в Кирове. Спортивные выступления её начались на кировском катке "Динамо". С этого времени она трижды завоёвывала звание чемпионки мира по скоростному бегу на коньках, 24 раза надевала алый свитер чемпионки СССР.

Такова вкратце история Вятской земли.

Вполне понятна моя страсть к землякам, пристрастие к истории края. В истории всё было: грабежи и набеги на другие земли, в том числе и на двинские, ростовские, на Кострому, и Лжедимитрий Второй, явившийся с Вятской земли, и ослепление пленённого ростовского князя Василия, и "картофельные" бунты, и многое другое. На то она и История, чтобы служить прогрессу, для чего из Истории нужно брать больше хорошего, что я и старался сделать в этих записках.

В этом экскурсе в прошлое я старался не пропустить значительных событий и попытался сделать это для того, чтобы знать о корнях моих предков, проследить их вятский характер. От каких корней пошли мои прапра..., от новгородских ушкуйников или московских, суздальских, владимирских славян? Одно ясно - корни русские, славянские!

Услышишь – “Вятка, вятские”- и в душе затеплится что-то настолько родное и совершенно неотрывное от тебя, что без этого ты был бы совсем другим человеком – беднее, черствее… И я горжусь, что я вятский, русский!

Основой для этой части моих записок послужили:
“История Государства Российского” Н.М.Карамзина,

“История России с древнейших времён” С.М. Соловьёва,
“Очерки истории Кировской области”.

Почему о моих земляках сложено так много анекдотов? Откуда это словотворчество пошло? Наверное, от исторических корней. Вольный, свободный, а порой и разбойный народ заселял Вятскую землю. Сюда шли люди, уходившие от княжеских притеснений и ограничений и искавшие свободы. Сюда шли те, кто искал защиту в лесных дебрях от ига степняков-татар. Сюда шли и те, кто не в ладах был с законом и кто мечтал о стороне, где нет никаких законов. Важно и то, что здесь почти не существовало крепостного права, давившего на человека и физически, и морально. От того и характер вятский такой, норовистый. "В Вятке свои порядки!" - пословица ироническая и горделивая. Наверное, она родилась в то время, когда на протяжении более 3ОО лет Вятка была независимой от Московского государства и позднее не знала крепостного права.

Где угодно в России скажи, что ты вятский, и тут же подхватят: "Вятский - народ хватский!" И начинаются продолжения, что семеро на одного не боятся никого; что один на один - все котомки отдадим; что на полу сидим и не падаем; что семеро на возу, а один подаёт - и кричат: "Не заваливай!"; что сколь семеро заработают, то вятский один пропьёт... Плывут мои земляки на плотах, а им с берега кричат: “Эй, что за люди на плотах?” “Мы не люди, мы – вятские.” Гордая ирония! Крепкий народ, если умеет так шутить над собой! Наверное, это от избытка юмора, от способности посмеяться над собой, что не каждому народу дано. Я, корень от корней - вятский, всегда подобные шутки поддерживаю с удовольствием. Салтыков-Щедрин о вятских писал так: "Взгляните на эти загорелые лица: они дышат умом и сметкою и, вместе с тем, каким-то неподдельным простодушием, потому что не для чего ему притворяться и лукавить". Вот уж действительно, ни в одном земляке я не встречал этих качеств - лукавства и притворства.

Но почему корову на крышу бани тащили, чтобы та объела траву, или сыпали толокно в реку и солили, а также мосты через реку строили не поперёк, а вдоль реки? – это меня уже оскорбляло. Вся история Вятской земли насыщена толковыми людьми, умельцами: деревянные часы, идущие до сих пор с высочайшей точностью, шкатулки с не разгаданными секретами, деревянные чудо – храмы. Предание говорит о том, что Кижи строили вятские плотники, которые были известны всей России. И не зря говорят, что когда Колумб открыл Америку, там уже вятские мужики баню рубили (ну, как же вятские без бани – дом потом).

Моя мама говорила, что какие-то мы все простодырые. Да, в вятских нет хитрости, но какая-то стеснительность, покладистость. Вятский характер из тех, на которых воду возят. Смеются над нами, ну и ладно, сочиняют всякие анекдоты, ну и пусть. И мы вместе смеёмся, шутим над собой. Вятский писатель В.Крупин писал, что "вятское самоунижение есть любовь и действие сознательное посмеяться над собой, рассказывание о себе с юмором". Такое качество замечаю в себе и я.

Я всегда замечал в моих земляках какую-то горделивость, хвастанье. На эту тему есть анекдот. Один вятский слесарь был прекрасный работник, но выпивал. Начальник огорчённо говорит ему:

- Эх, Вася, какие у тебя золотые руки, какая голова! Если бы ты не выпивал, я бы тебя давно бригадиром сделал.
- А зачем мне это нужно, - отвечает Вася, - я выпью, так я себя директором чувствую.

И ещё. Пошли вятские всемером на охоту, видят - лежит труба.

- А давай зарядим! - Собрали весь порох, зарядили.
- А куда будем целить?

- А давай в Турцию!

Зарядили. Запалили. Раздался взрыв, шестеро насмерть. Седьмой поднимается и говорит:

- Ну, ладно, наши полегли, но каково теперь туркам!

Когда-то в молодости я обижался, если меня называли вятским. Я не мог скрыть своего происхождения, так как диалект выдавал с первых же слов, произносимых мной. Над моим говором смеялись ребята в техникуме, порой из-за этого я замыкался и прекращал отвечать урок, за что получал неудовлетворительные оценки. Лишь много позднее я понял, как ошибался, что стыдился своего происхождения. Узнав глубже о своей малой родине, о корнях моих предков, историю Вятской земли, я стал гордиться, что я вятский.

Говорят, в Германии много диалектов. А сколько же их в России? Даже в Кировской области можно услышать одно и то же слово или выражение по-разному. В Татаурове вместо буквы "ч" произносят "ц": "Девоцки - не щепоцки - за окно не выкинешь!" В Котельниче - наоборот: "Бежала овча мимо нашего крыльча, да как оступичча да перевернечча. "Овча, овча, возьми сенча ", - а овча и не шевеличча. С той поры овча и не ягнечча".

Наш, нолинский , мне казалось, самый чистый язык, но и он имеет тоже свои отличительные особенности. Так, глаголы во втором лице множественного числа изменены, при этом с ударением на последний слог и изменением окончания: "По деревне идитё, играитё и поитё. Моё сердце раздражаитё и спать не даитё!" И всегда буква "О" (а это присуще всему русскому Северу и Уралу), резко выделяясь, как бы округляется. Нигде буква "А" не заменяет "О", как в московском диалекте - не г А в А р и т ь, а г О в О р и т ь. И окончание слова произносится нараспев, растягивая его. Вятская речь с большим налеганием на гласные мягка, напевна.

Особенно теплеет душа, когда случайно встретишься с земляками или прочитаешь в книгах писателей северного края забытое тобой слово, присущее только истинно вятскому, русскому человеку.
 

ШКОЛЬНЫЕ ГОДЫ ЧУДЕСНЫЕ

1944 год. Мне исполнилось семь лет, и бабушка стала готовить меня в школу: сшила из холста сумку, новые холщовые штаны, рубашку. Я не помню первый день, первый урок, почти совсем забыл первую учительницу, маленькую старую седую женщину, живущую здесь же, при школе. Учительница вскоре умерла, и нас учила другая учительница, которую я абсолютно не помню. Не понимаю, почему память не сохранила человека, который учил меня читать и писать, складывать из букв слова? (Наверное, это признак старости….) Нас, первоклашек, набралось два класса, и занимали мы здание на берегу речки.

В школу и обратно я ходил не по улице деревни, а низами, огородами. Я был очень застенчивый, и пройти по улице для меня было мукой, особенно, если кто-то остановит и начнёт разговаривать со мной. Об этом даже вспоминала Валя, когда я приходил в Денисята в гости и прятался от людей дома за воротами.

В первом классе учебники у меня были все свои, но в последующих классах каждый учебник выдавался на двух учеников, и в этом я кооперировался с Аркашей Тимшиным. Не было тетрадей, карандашей, ручек, перьев. На четверть выдавали один карандаш на двух учеников и два пера, помню эти пёрышки N 86 и "Лягушку", но если кто-то добывал "Рондо", то этим пером пользоваться запрещали. В тетрадях делали только классные работы, домашние задания выполняли на газетах, разрезанных и сшитых тетрадкой, брошюрах, старых журналах. Вместо чернил использовали красный свёкольный сок или сажу из фонаря "Летучая мышь". В этом фонаре была самая качественная сажа, без лишних примесей, и такими чернилами мы делились друг с другом. Самодельные чернила на газетных листах тетради расплывались, буквы соединялись, превращаясь в одно чернильное пятно. Как-то Зоя дала мне журнал "Коммунист", я его аккуратно разлиновал и сделал домашнее задание. Качество бумаги журнала было значительно выше, и чернила расплывались меньше, за эту работу я от учительницы получил похвалу. А потерявший единственную ручку, вынужден был привязывать перо к палочке, что создавало большие неприятности, когда перо с палочки сворачивалось в сторону, и буква выскакивала из строки.

Рассказывая о том далёком времени, не могу не включить в эти записки отрывок из воспоминаний Тони Шабалиной (Зяблицевой), опубликованные в газете “Сельская новь”. (Тоня пришла в школу на год позднее, но, начиная с пятого класса, мы учились вместе – стали одноклассниками):

”В нашем классе учителем работала Нина Ивановна. Очень хорошо помню, что она никогда в перемены не уходила в учительскую. Мы помогали ей линовать доску, а она аккуратно прописывала буквы или писала примеры. На уроках арифметики мы очень любили игры “Молчанка” и “Кто быстрей и правильней”. Особенно нравилось, когда вместо себя для проведения игры учительница предлагала кого-нибудь из учеников.

В большую перемену нас кормили горячим обедом. У каждого были свои ложка и чашка. Помню, мне очень нравились “щёчки” из ячменной крупы. Мы разбавляли их молоком, которое приносили из дому. Шла война, хлеб был в диковинку. Нина Ивановна тоже ела в классе за своим столом, следила, чтобы мы не баловались, учила нас аккуратности. После уроков мы любили стоять у стола и глядеть, как Нина Ивановна проверяет тетради и ставит оценки. Помню, взяла она в руки тетрадь Горошникова. Читали мы ещё неважно, но я как-то смогла прочесть фамилию первая. Нина Ивановна похвалила меня и за это подарила мне маленькую книжечку про десять цыплят. Эту книжечку я хранила как самый дорогой подарок.

В это время школа засевала ячменём и засаживала картошкой всю площадь на Парфёновской горе. Осенью ячмень жали и копали картошку своими силами. Часто серпом резали пальцы. Потом ячмень мололи на крупу, которая использовалась нам на питание.

Нина Ивановна жила в полутора километрах от Ерёмино, в деревне Аксёново, но после уроков домой не торопилась, а проверяла тетради и прописывала в них домашнее задание. Мы тоже не шли домой, а ждали старшеклассников - в то время было много волков, поэтому в школу и из школы ходили все вместе. Зимой одежда у всех была плохая, и многих девочек дома одевали в большие шали, наподобие нынешних пледов. И когда мы собирались из школы домой, Нина Ивановна помогала управиться с этими шалями, концы заводила под пазухи и завязывала узлом на спине.

Ещё помнится случай: зимой редко у нас был хлеб, и мама всегда перед печкой пекла картошку. Мы её брали с собой в школу. Однажды картошка не успела допечься, и я её взяла с собой недопечённой. Придя в школу, в классе в печке я увидела огоньки, вспомнила про картофель и решила посадить его на тлеющие угольки, а сама убежала на горку кататься. Про картошку, конечно, совсем забыла. Прозвенел звонок, и мы зашли в класс. Там было дымно. Нина Ивановна подумала, что в печи остались головёшки, но, увидев мои сгоревшие клубни, спросила: “Чья картошка?” Мне пришлось признаться. Я вытащила из печки свой полусгоревший обед и положила на пол между стеной и партой. В то время было очень много мышей и крыс, и в классе они свободно бегали. Почуяв запах съестного, они схватили картошку и утащили в нору, визжа и пища. Ребята оглянулись, увидели происходящее и подняли смех. Урок был на грани срыва, а я оставалась голодной. Но Нина Ивановна меня не ругала, а только сказала, что так больше делать нельзя.

Мы очень любили свою учительницу, и когда она поехала жить в город, то мы даже плакали.”

С такой грустью вспоминает Тоня о не лёгком военном времени, и с такой теплотой о своей первой учительнице.

Шла война, и часто в школу не являлся то один, то другой ученик - в дом приходила беда, и оплакивалась очередная жертва войны. И мы, малыши, понимали это и сочувствовали новой сироте: на переменах не бегали, не играли, даже на уроках было тише и, кажется, в такие дни и отметки наши были лучше - повышалось чувство ответственности за порученную нам деятельность, учёбу. В большие перемены вместе с учительницей собирались у печки и пели песни: "Вечер на рейде", "Катюшу". Зимними январскими днями в классе не всегда было тепло, но песня у печки согревала нас.

В четвёртом классе мы впервые сдавали экзамены, выпускные экзамены начальной школы. Очень переживали и боялись незнакомой для нас процедуры проверки знаний. Если раньше итог твоей учёбы подводила просто контрольная работа, где можно и списать у товарища, то сейчас придётся отвечать комиссии, не только твоей учительнице, но и другим учителям и даже директору. Страшно было. Но для меня всё закончилось благополучно, хотя кое-кто экзамен не сдал и был оставлен снова в четвёртом классе.

И вот нам в торжественной обстановке в присутствии всех учителей школы вручили свидетельства об окончании начальной школы, первого этапа нашего образования. Это произошло в начале июня 1948 г.

Наша школа была только начальная. Ближайшая семилетка - в шести километрах в селе Ситьма. Перeд выпускниками школы встал вопрос, где продолжать образование. И основная часть моих одноклассников на этом закончила свои "университеты".

Забегая вперёд, скажу, что из тех двух первых классов, что начинали в 1944 году, дальнейшую учёбу продолжили лишь четыре ученика: я, Тимшина Валя, Распопин Роман и Тимшина Галя, которая уехала на Урал к отцу, где и продолжила своё образование.

Вскоре после окончания школы мы, ерёминцы, собравшись вместе, направились в Ситьму сдавать документы для поступления в пятый класс. Празднично одетые, бежим вдоль речки в село. Помню, на себе переносили вброд через реку девчонок, дурачились, собирали букетики цветов на мазановских лугах. Мы радовались, что нам позволили учиться дальше, что нам не придётся с малых лет работать в колхозе, что когда-то после семилетки мы поступим в техникумы...

Первого сентября являемся в пятый класс Ситьминской школы. Новая обстановка, новые учителя, незнакомые ребята... Нам кажется, что на нас смотрят, как на пришельцев из другого мира. Но постепенно знакомимся, заводим дружбу, даже в классе оказалась родственница, троюродная сестра Катя из деревни Онкушино. Новый урок немецкого языка - ощущение такое, что я снова в первом классе, где начинаю учить буквы. Немецкий мне нравится и уже получаю первую четвёрку. Хочется учиться лучше, помня наказы ерёминских учителей, чтобы мы не подводили нашу школу.

Ежедневно дружной кампанией (к тому времени с нами уже не было Гали Тимшиной) в лаптях через наши поля и леса мы пробегали эти шесть километров. Но однажды по дороге в Ситьму, пройдя лес Морновку и не доходя метров триста до деревни Мурги, позади себя мы увидели двух волков, перебегавших, только что пройденную нами, тропинку. Не испугавшись, ведь рядом деревня, да и нас много, пройдя Мурги, перед Чёртовым логом кто-то из нас увидел, что параллельно с нами в сотне метров вдоль леса трусит волк. Не знаю, из тех ли, что встретились нам только что, или другой волк, но мы остановились и, посоветовавшись, решили дальше не идти, тем более, нам нужно пересечь этот лог, куда ушёл и волк. Рядом оказалась рябина, которой мы могли воспользоваться в любой момент. Зарядили свои пугачи и стали стрелять. (Пугач - это маслопроводная трубка от трактора, расплющенная на конце и закреплённая на куске деревяшки в виде пистолета. Внутрь трубки вставлен гвоздь с натянутой резиной. В трубку насыпается селитра со спичек, трамбуется, после чего с помощью резины взводится гвоздь. Толкнув пальцем резинку, конец гвоздя бъёт по селитре и производится выстрел, довольно громкий звук, имитирующий выстрел из ружья). Расстреляв весь запас спичек, с попутным трактористом Сашей Копаневым мы вернулись домой.

После встречи с волками бабушка устроила меня на квартиру в деревне Верхополье, что в полукилометре от села, где я прожил с месяц. Я не помню, что ел, но помню, что молоком кормила хозяйка. Когда смотрю фильм " Уроки французского", кажется, что часть судьбы этого мальчика взята писателем Распутиным из моей. Я не перетерпел тех лишений, показанных в фильме, но фильм близок мне, мальчишке послевоенного времени.

Но однажды тётя Нюра заявляет, что больше в Ситьму ходить я не буду, так как на следующий год у нас откроется пятый класс. А пока, чтобы не забыть пройденный материал и не работать в колхозе, буду снова посещать четвёртый класс вольнослушателем.

Зима 1948 - 49 гг. прошла беззаботно, на уроках меня не спрашивали, домашнее задание не задавали. Поручили мне общественное дело - перед началом уроков искать вшей у одноклассников. В те послевоенные годы отсутствие денег, мыла, нищета и бедность колхозников позволяли этой маленькой твари не просто выживать, а благополучно жить и разводиться. Дважды в неделю в школу являлась главная медицина в деревне - фельдшер и с помощью других учеников проверяла завшивленность, искали вшей в головах и воротах рубашек. В остальные дни этим занимались дежурные по классу. Так как, моя голова была освобождена от тяжёлого умственного ученического труда, мне было поручено заниматься этим кровососом. С этого началась моя общественная деятельность.

И, наконец, пятый класс. В классе ребята все знакомые, с ними я только что вновь проходил науки в четвёртом классе, но появились три новичка из Журавлёвской школы: Веня Чурин, Августа Чурина и Клава Чагина. Продолжать образование пришли Нина Зяблицева, Шура Бутаков - совсем взрослые ребята, которые были старше меня на несколько лет. Так, например, Шура Бутаков после окончания школы вскоре был призван в армию.

Все уроки с нами вёл директор школы Михаил Сергеевич. Интересный он был человек, какой-то простецкий, свой в доску, мог с парнями идти по деревне и орать частушки под гармошку и бубен, мог запросто разговаривать с любым человеком, всегда ходил в солдатской гимнастёрке. К тому времени на карте мира начали появляться страны народной демократии, и на уроке географии, показывая на карте эти страны и Советский Союз, он говорил:

- Теперь только это наше, но скоро всё будет наше, - и одним взмахом указки обводил полмира. Мог ли кто тогда подумать, что не пройдёт и полсотни лет, как великий Советский Союз и страны народной демократии развалятся, как карточные домики!

Посмотрев кинофильм "Воздушный извозчик", Михаил Сергеевич говорил нам, что настанет время, когда авиация превратится в такой же обычный транспорт, как поезд или телега с лошадью. Тогда в это было трудно поверить, но через пару десятков лет его предсказание подтвердилось, только телега с лошадью почти исчезла.

В первом полугодии из-за отсутствия учителей занятия в нашем классе велись только во вторую смену. Электрического света не было, лампа стояла только на столе учителя. Поэтому, такие уроки как математика и русский язык шли ещё в дневное время при естественном освещении, а остальные уроки уже в темноте. Но после зимних каникул и мы занимались в первую смену, вместе со всей школой.

С началом нового учебного года в шестом классе прошли важные изменения – в школу пришли новые учителя: новый директор Михаил Иванович Романов с женой Татьяной Ивановной и три учительницы, выпускницы Нолинского педучилища: Муза Фёдоровна Утробина (потом она вышла замуж и стала Зяблицевой) - наш классный руководитель, вела алгебру и геометрию; Таисья Николаевна Дубовцева учила нас русскому языку и литературе; Лидия Степановна Огородникова преподавала химию и физику. Михаил Иванович прививал любовь к истории и географии. Начался необычный порядок ведения уроков - каждый урок вёл разный учитель.

О наших учителях, кто сеял в наши души "зёрна разумного, вечного, доброго", кто учил нас жить честно, поступать правильно, учил справедливости и бережливости:

Муза Фёдоровна - высокая темнорусая девушка, строгая, уверенная в себе. Мне кажется, что не только я, но любили её все мои одноклассники. На её уроках было тихо, соблюдалась соответствующая дистанция, на оценки скуповатая. Во внеурочное время с ней было легко, она превращалась в твоего товарища.

Таисия Николаевна, в отличие от Музы Фёдоровны, толстушка с мягким характером, что позволяло лично мне вести себя на уроках недисциплинированно, часто возражал ей. Как-то, назвав меня болтушкой, я тут же ответил, что она тоже болтушка, за что я был выгнан из класса с обещанием рассказать об этом тёте Нюре. Мне и сегодня стыдно за свой поступок и, если бы судьба позволила встретиться с Таисией Николаевной, я бы извинился перед ней, тогда же из-за своего упрямства я не сделал этого.

Лидия Степановна - красивая, белокурая, с уверенной походкой и высоко поднятой головой, мне казалось, что она высокомерна, горда и независима от всего окружения. Почему-то я не взлюбил её, а вместе с этим её химию и физику, о чём говорят две единственные тройки в свидетельстве об окончании школы. Но если признаться честно, то химию я и на тройку не знал. Из всей школьной программы я познал только формулу воды Н2О, и то потому, что Лидия Степановна научила правилу в рифму: "Сапоги мои - тово, пропускают Н2О". Тоня Зяблицева рассказывала, что Лидия Степановна проживала в Нолинске, и они часто встречались. Наверное, она единственная из моих учителей, кто оставался верен своей профессии.

Михаила Ивановича, как любого директора, боялись все. Даже наш высоковозрастный Шура Бутаков, который с остальными учителями был чуть ли не на "ты", с директором вёл себя соответственно, на дистанции.

Только не было учителя по немецкому языку, и в свидетельстве об окончании семи классов в строке "Иностранный язык" у меня прочерк.

По окончании шестого класса нам объявили, что мы можем носить причёски. До этого времени всех мальчишек стригли наголо, очевидно, из-за вшей. Машинок не было, и бабушка стригла меня ножницами, после чего на голове проявлялся рисунок в виде ступенек лесенки. Отращивая волосы, решил зачёсывать их назад, как делал отец, для чего намазывал их сливочным коровьим маслом и прижимал кепкой. Часто замерял их на сколько подросли - вот уже до середины лба, уже - до глаз, а вот и - до носа. В школе хвастались друг перед другом у кого длиннее.

Первый день учебного года - всегда в школе праздник. Да и вокруг всё глядело празднично: учителя какие-то торжественные и откровенно радуются, вроде бы забыли все прошлогодние наши пакости и не думают о том, что их ждёт в новом учебном году; за время каникул мои одноклассники повзрослели, стали солидными; радуемся, что опять все вместе, что снова будут весёлые перемены, хотя об уроках, будут ли они интересными для нас, не думаем.

В седьмом классе казалось, что мы совсем взрослые - ведь у нас причёски, и на вечёрки стали ходить, хотя, не дай Бог, узнает об этом Михаил Иванович. И девчонки к нам, парням, относятся как-то по-иному, да и у нас отношение к ним изменилось. Я особо симпатизировал Вале Тимшиной, с ней с самого раннего детства мы были вместе, учились, играли и даже работали вместе на сенокосе или пасли скот. Мои родные, особенно, Зоя, и дразнили - "Жених и невеста", на что я обижался. Её мама Ульяна Васильевна своего пьяного мужа Андрея Фёдоровича прямо на улице на глазах всей деревни колотила по спине, когда вела его домой, что мне очень не нравилось: "Разве может жена бить мужа!" Поэтому вслух я отрицал свою симпатию к Вале, хотя нравилась она мне больше всех девчонок. А может быть, это была первая детская любовь? Я ревновал её, когда на вечёрках или в играх она предпочитала другого парня.

Прошло несколько лет. Я учился в техникуме в Сибири, Валя жила в Фалёнках, тоже в Кировской области, и мы изредка переписывались. И вдруг письма её перестали приходить, а тётя Нюра написала, что Валя вышла замуж. Я был огорчён, хотя в то время и не планировал какую-то семейную жизнь. Позднее с некоторыми одноклассниками я встречался, но с Валей не пришлось. Какая она сейчас Валентина Андреевна, моя первая любовь?

Заканчивается наше обучение в Ерёминской семилетней школе. Конец занятиям, готовимся к выпускным экзаменам. Хотя и были мы привычные к ним, ежегодным, начиная с четвёртого класса, но ведь это последние, завершающие всё обучение в школе. Волнуемся, вдруг не сдадим! Учителя успокаивают, обнадёживают. Билеты выучены наизусть. Накануне экзаменов всем классом идём в Мазаны за сиренью. Стоит отличная летняя погода. Идём, дурачимся, позабыли, что мы - выпускники, серьёзные люди. С нами Муза Фёдоровна, она тоже бегает с нами наперегонки. Наломали полные охапки сирени. Даже на развалинах старого дома нашли старинную пищаль, которую потом нёс Шура Колобов - очень тяжёлым оказалось древнее оружие.

Последние школьные экзамены. Аромат распустившейся сирени в вазах на столе, за которым сидят наши учителя. Россыпь билетов. Стою перед ними, взглядом выбираю самый счастливый. Дрожащей рукой вытаскиваю один из них и быстро смотрю на номер. Учителя улыбаются и этим успокаивают меня. Отвечаю по билету, на пару дополнительных вопросов и, наконец, слышу: "Достаточно! " Наступает ни с чем не сравнимое чувство облегчения. Сдал! Быстро выхожу из класса. За дверями все обступают:

- Ну, как? Что досталось?
- Всё ответил?
- А что ещё спрашивали?

И так после каждого экзамена. И не думаешь о том, сколько ещё впереди разных экзаменов, что вся жизнь - сплошной экзамен. Жизненные экзамены уже не допустят переэкзаменовки, и встретится столько тем, которые не проходили в школе.
 

 

Стр. 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12

Пользователь
Добрый день: Гость

Группа: Гости
Вы с нами: дней
Случайное фото
Случайная статья
Герой Советского союза Мариинский Е.П.
Просмотров: 1534

Успенский собор отметил 170-летие освящения храма
Просмотров: 615

СЕМЕНА ОТ «ЕДИНОЙ РОССИИ»: ВЕРШКИ И КОРЕШКИ…
Просмотров: 613

Новое на форуме
Никольская ярмарка в Нолинске.
Автор: Анна
Форум: Обовсем
Дата: 20.05.2018
Ответов: 0
День Победы в Нолинске
Автор: Анна
Форум: Обовсем
Дата: 09.05.2018
Ответов: 0
Первомайская демонстрация в Нолинске.
Автор: Анна
Форум: Обовсем
Дата: 02.05.2018
Ответов: 0
Поэзия нолинчан
Стихи Силантьевой Веры
Просмотров: 994

Александр Чупраков. Стихотворения
Просмотров: 973

Стихи Юрия Куимова
Просмотров: 1243

Поговорки
Погода в Нолинске

влажность:

давл.:

ветер:

Нолинск автовокзал

При копировании и цитировании материалов с этого сайта ссылка на него обязательна! Copyright MyCorp © 2018